Я как раз была на одной из ферм, принадлежащих моей семье, когда вытянули сюда. Выбирала себе обед. Даже помню, что остановилась на пухлощеком семилетнем мальчишке. Мясо которого обещало быть нежным и сочным.
Невольно сглотнула и облизнула губы раздвоенным языком. Я так и осталась голодной. А эти создания, котрые пребывали немного в стороне, невольно вызывали обильное слюневыделенние. И громкое бурчание пустого желудка.
Не появись те двое вовремя, подушила бы здесь всех.
А так, дверь бесшумно отвориласьи все взоры направились на вошедших. И пока они что-то говорили, отвлеклась на сдерживание обращения. За то время, пока я не сводила глаз с потенциального обеда, успела потерять контроль над змеиной сущностью. Еще чуть-чуть и перепугала бы еду.
Пришлось отогнать ненужные мысли. Снова облизнула пересохшие губы, рецепторы сразу же уловили новые запахи. Сырые перья и не такие яркие ароматы химических реактивов.
Не без удивления воззрилась на двух абсолютно одинаковых гарпий. Запах перьев характерен только для пернатых оборотней. А химией несёт только от одного. И да, жаль, что большую часть их монолога я пропустила. Так же от меня не укрылось, какой многообещающий взгляд послал один из близнецов человечка. Именно тогда пришло осознание, что моя песенка спета. Ощущение обреченности продержалось не долго, снова позволяя поднять голову раздражающему голоду.
Задержали нас не надолго. Высказали все, обрадовали дальнейшими перспективами и ушли. Я решила не задерживаться долго в этом месте.
С трудом встала на ноги и пошатываясь медленно поковыляла к приглянувшейся двери.
Чем быстрее найду выход и выберусь отсюда, тем живее останусь.
Так я думала следующие три дня, отгоняя от себя, подавляющие волю, панические мысли, что так и не смогу отыскать не одной безопасной комнаты. Чтобы ускорить поиски, пришлось частично обратиться. Скользящий по камню хвост был идеален для передвижения, нежели поминутно подгибающиеся человеческие подпорки.
Почему так спешу найти комнату? Меня все это время гложил голод. Я думала в первую очередь не о возможности оказаться в безопасности, а о том чтобы заглушить тупую боль в животе. Почему-то мысли об отсутствии в комнате, которую найду, еды не возникало.
И ещё немного отдохну.
Невольно посмотрела на потолок. В самом углу появилась тонкая чёрная полоса. Ну вот, если сегодня не найду ночлег, то не переживу очередной ночи. Меня нельзя обвинить в трусости, но здесь, в этих непонятных бесконечных коридорах, темнота осязаема. А отдаленные звуки и полные опасности запахи вселяли неподдельный ужас.
Расскажи я своим об этом — засмеяли бы. Но сейчас мне не было смешно. Потом, когда выберусь, посмеюсь от души, когда будет уже не столь страшно. Сейчас же нужно найти безопасную комнату и пережить очередную ночь.
Из ответвления коридора пахнуло мертвечиной. Невольно зажала нос. За три дня подобное происходило не раз, но привыкнуть невозможно. Проходя мимо, заглянула краем глаза. Остановилась как вкопанная, передо мной предстала картина, каковой я еще не видела.
Стены узкого коридорчика были красный, пульсировали, словно живой организм, а в воздухе носились мелкие яркие капли. Они собирались в большой шар, зависший высоко над полом.
Я так и продолжала завороженно следить за происходящим. И только за долю секунды до нападения отметила, что тошнотворный запах распространяет именно странное вещество. Чудом успела увернуться от жгута, вырвавшегося из сферы. А на стене уже разрасталось красное пятно, пульсирующее и сочащееся жидкостью.
Все нутро сжалось от ужаса. Рефлекторно отскочила из зоны поражения. И, не видя больше ничего вокруг, понеслась вперёд.
Я не помню сколько пообежала, сколько поворотов миновала, но остановилась посреди какого-то зала. Потолок был чёрным наполовину.
Осмотрелась. Отсюда уходили в глубь лабиринта три коридора. Ни один из них не внушал доверия. А сзади медленно подбирались зловонное красное нечто. Чувствовала спиной, как оно поглощает мёртвый камень, меняет его структуру, делает частью себя.
Перевернула плечами от отвращения и бросилась в центральный проем.
И когда я уже отчаялась, почти врезалась носом в дверь, на которой была вырезана ламия.
В недоумении отстранилась от препятствия. Проморгавшись, рассмотрела внимательней. Да, это была деревянная дверь. И на ней была искусно вырезана представительница моего народа.
Ощущение преследования прекратилось и, уже спокойно, я смогла нащупать ручку и открыть проход в моё временное пристанище.
Помещение, представшее передо мной, было тем самым амбаром, из которого меня перенесли сюда. Только множество законов, где ранее должны были сидеть люди, пустовали. Выбирай любое.
Вздохнула.
Поползла в ближайший, с вернулась кольцами. Пропитание поищу, когда проснусь. С этой мыслью и заснула беспокойным сном.
Открыла глаза, села, потянулась, посмотрела окружающее пространство. И содрогнулась от ужаса. Тут же в памяти всплыли отрывки из предыдущих дней.
Желудок сразу же напомнил о себе, взревев раненым зверем. Откинулась обратно, свернулась колачиком, в попытке заглушить боль. Естественно не помогло.
Из соседнего загона послышалось шуршание.
Встрепенулась. Замерла, прислушиваясь. Повторилось. Села. Рот тут же наполнился слюной.
Как же был аппетитен этот звук!
Встала, бросилась ползти в ту сторону, но споткнулась и чудом не упала.
Ссхарховы подпорки! Когда я успела перевоплотиться?! Неужели во сне?
Восстановив равновесие, прокралась к потенциальной еде.
Меня ждало разочарование. В большом ворохе сена копошилась дюжина жирных крыс. Совершенно не аппетитных, в отличии от звуков, которые они производили. Но и это сойдёт, чтобы набить желудок.
Наскоро проглотив вертлявых существ, с трудом выковыряв их из сухой травы, прислушалась к ощущениям. Организм потихоньку приходил в норму, что меня крайне порадовала. А окружающая среда оказалась без изменений. Все такое же каменное безмолвие… и нечто живое за дверью моей комнаты. Внутреннее чутье никак не хотело причислить это к какому-то определенному виду.
Пришлось встать с пола и пройтись к выходу. Мимоходом звлянула на потолок. На половину чёрный. Вздохнула. Взялась за ручку и легонько толкнула дверь.
Прильнула лицом, к открывшейся щели, и попыталась осмотреть видимую часть коридора. Визитера здесь не было видно.
Послышалось чёткое цоканье когтей о камень. Длинных, мощных когтей хищной птицы. Интересно, почему я не смогла определить видовую пренадлежность, если тут все ясно — гарпия.
Немного приотрыла дверь, выглянула.
Тут же попыталась шарахнуться назад, но меня схватили когтистой рукой за запястье и вытянулись в коридор.
Что меня так напугало? Почему захотелось без раздумий сбежать и снова закрыться в комнате? Лицо и глаза существа, представлено передо мной. Даже не так — морда и единственное буркало.
По некоторым чертам еще можно было определить, что когда-то это была человечка, которую я видела в общем зале. От человека в ней осталось не много. Теперь это была почти полноценная гарпия. Только в оперении еще сквозили проплешины. А глаза… Единственный глаз был большим круглым буркалом, отсвечивающим ядовитым изумрудным светом. Настоящего цвета радужки за ним разглядеть невозможно. Второй был скрыт ха чёрной повязкой. И что-то подсказывает, что не для красоты. Запах от неё исходил странный, как от одного из близнецов. Какие-то реактивы?
С нескрываемым ужасом смотрела в этот единственный глаз, пока она подтягивала меня ближе к себе. И ощущение было, словно она змея гипнотизирующая беззащитного грызуна, а не пернатое.
Вдруг вспомнилось, что я в этом лабиринте для жертвоприношения, не иначе. Что я бесправная жертва. Что жить мне осталось не долго. Стало жалко себя. Всхлипнула.
Вздрогнула от понимания, что сейчас банально разревусь.