— Воот как, — Полные губы Гийома ухмыльнулись недобро.
— Да, — Мрачно проговорил Вангли, — И, думаю, мы уже опаздываем. Эта тварь — не человек, а нечто более страшное. Я некоторое время думал, что это гартаруд, но они ведь пацифисты, мирные и добрые, а эта мразь — машина смерти.
— И? — Протянул дейцмастер.
— И он уже более суток как знает о месте расположения вашего ненаглядного артефакта, — «Тупая, ты жирная скрытная задница» хотелось добавить Фредерику, — Он пришел за ним. И скоро его получит.
— Так чего ты сидишь?! — Взревел Гийом, забыв про пистолеты. — Чего вы оба сидите! Бегите собирать людей! Отправляемся немедленно. Я сам пойду! Это все слишком важно! Мигом!
Миранда и «Стервец» переглянулись, улыбнулись, выдохнули и отправились выполнять поручение.
Несколькими часами позже, какая-то богом забытая подземная клоака. На ногах их оставалось двенадцать — лучших и самых надежных бойцов, сыщиков, исполнителей Тайной Канцелярии Ахайоса, во главе с самим дейцмастером. Они шли по темным, древним, как город, коридорам, спускаясь все ниже, во чрево Правительственного Квартала, где надежно, как ему казалось раньше, скрывалась самая охраняемая тайна Гийома — лаборатория. Артефакт, чем бы он ни был, отвезли именно туда. И именно туда они должны были не пустить жуткого убийцу, пришедшего за артефактом. Но они опаздывали.
Теперь впереди шел один доброволец-смертник, за ним следовали на отдалении все прочие, включив амулет магического щита, на смертнике тоже был такой, но прямого взрыва мины он выдержать не мог.
Фредерик шел и не мог найти ответа — почему эти люди подчиняются злокозненному, лживому, надменному толстому куску дерьма, каким был Гийом? Что их толкает вперед, на верную, бессмысленную смерть в этих подвалах? Неужели происходящее так уж важно? Эти тайны? Они важнее жизни? Фредерик шел, и с каждым шагом все больше осознавал бессмысленность происходящего. Внутренне он был готов отдать жуткой твари все артефакты Гийома вместе взятые, лишь бы прекратить бессмысленные смерти. Он не понимал, что движет остальными — страх, долг, привычка, муштра? И не понимал почему он здесь, почему он и эта красотка де Боготье не занимаются любовью где-нибудь на шелковых простынях. Ему было страшно, за себя, за нее, к которой за столь короткий срок «Стервец» сумел привязаться. И все же он шел вперед.
Лампы выхватывали камни под ногами, гранит и мрамор, щебень и песчаник, и стены из обломков древних дворцов — в правительственном квартале всегда жили богачи. Внезапно впереди, почти мгновенно возникла черная, но объемная и живая тень. Смертник, его звали Деррик Генье — бывший гусар, ветеран пяти кампаний против амиланиек, издав вопль исчез, захваченный тенью. Последовала стрельба. Столь же бесполезная, сколь шумная, коридор заволокло пороховым дымом, напомнив Фредерику что-то давно забытое. А когда дым немного рассеялся, они не досчитались еще одного — следопыта из егерей Ольмиса Аньи.
— Больше не стрелять, — Проскрежетал приказ де Маранзи, — Только клинки. Маверик, где ты? Иди впереди.
Вперед вышел Маверик де Золи — боевой маг, облаченный в черный сюртук, как и все. Без головного убора, сильные пальцы увенчаны кольцами-фокусами, необходимыми для совершения заклинаний, в правой руке тонкая, узкая, смертельно быстрая шпага.
Тело гусара они обнаружили через сорок шагов, за поворотом. Он лежал прислонившись к стене. Как будто отдыхая, но вокруг росла лужа крови, из множества резаных и колотых ран на теле. В руке Деррик сжимал обломанную дагу, похоже, он сумел проявить себя достойно, и клинок ее мог остаться в теле нападавшего. Боевой маг приблизился, желая закрыть мертвому глаза, бессмысленно вперившиеся в потолок.
— Нет! — Взревели сразу несколько голосов.
Но было поздно — ошметки благородного де Золи перемешались с кусками простого служаки Генье. И оба они украсили окрестные стены. Проход впереди заполнился облаком зеленого газа.
— Этот хрен меня все больше и больше раздражает, — Проговорил дейцмастер тихим голосом, полным едва сдерживаемой ярости. Вангли почему-то подумал, что так же Гийом мог бы злиться на слугу пролившего дорогое вино или на ножку шкафа, о которую ударился мизинцем ноги. А ведь они умирали ради тайн дейцмастера. Стало еще противней.
Заклинание магии воздуха со свитка из кармана Фредерика позволило очистить проход. Отряд из десяти человек, разбившись на две тройки и одну четверку в арьергарде, двинулся дальше, сохраняя между собой дистанцию в двадцать шагов — едва на грани света масляных лап. В первой тройке шел Вангли, во второй Миранда, тыл был подкреплен толстой фигурой начальника Тайной Канцелярии. «Стервец» все время оглядывался назад, стараясь удержать взглядом исчезающий в полумраке силуэт сыщицы, она была первым человеком, за долгое время, к которому Вангли почувствовал симпатию, при том взаимную, это он читал в ее глазах, полнгых тревоги, каждый раз устремлявшихся на него при обороте.