— Довольно наигранного расстройства, — В голосе звучала насмешка и раздражение, — Найдите меня снова месье де Мелонье, когда пожелаете говорить этим самым сердцем, а не заезженными штампами. — Послышались шелест платья и быстрые шаги высоких каблуков.
Де Мелонье был влюблен и отвергнут. А предмет его воздыханий вызывал в Антуане нешуточное уважение — она знала, кто он и что, и открыто презирала за это, нарушая все общественные условности.
— … Следовательно каждый верующий, в осознанье милости Единого, равно как и понимая безвыходность своей ситуации, в случае невозможности побега, обязан умертвить себя любым возможным способом, что не будет считаться самоубийством, а примется аки жертва благородная, и следующее воплощение от того будет благополучным, — Как раз завершил норманит сухим лекторским тоном.
— Благодарю, что просветили святой брат! — Де Рано поклонился монаху совершив знак почасового круженья, и поспешно ретировался. Зайдя за ближайшую колонну, он присел на один из диванчиков, предназначенных для краткого отдыха танцующих, в то же время надеясь, что сумел усыпить бдительность священника, а ретираду почтут за вежливость.
Драгун прислушался:
— Мое почтение, святой брат, — Женский голос не выражал ни толики почтения, высокие стальные каблуки простучали по паркету, удаляясь. Монаха она тоже не любила. «Чудная женщина», — подумал драгун.
— Итак, — Поинтересовался монах у вышедшего следом де Мелонье.
— Ах, оставь это Бенедикт, — Голос незадачливого воздыхателя дрожал, на этот раз от гнева, — Не думай, что я поверю, будто тебе на самом деле интересно.
— Совершенно не интересно, ты прав, но если это будет мешать делу, — Монах выдержал паузу, — То я расстроюсь.
— Это мои личные неприятности, — Произнес поэт раздельно, похоже, разговоры эти были не в новинку обоим — И никакому делу это не вредит, блондинка без ума от меня, не профессиональна до крайности…
— Или крайне профессиональна.
— Нет, поверь, я в этом разбираюсь. Еще пара свиданий и она забудет о маркизе. Меж тем, старик неплох, весь вечер не отлипал от графини, вы получите свою свадьбу. — Тон де Мелонье стал деловым и четким. К его чести парень умел быстро взять себя в руки.
— Очень надеюсь, — Норманит говорил как-то отрешенно, и зловеще, — Иначе, при провале, дабы проучить тебя, я прикончу Аделаиду де Тиш.
— Надеюсь, если до этого дойдет, она прикончит тебя, — Похоже, Алан топнул ногой и пошел прочь от монаха, Бенедикт на некотором расстоянии последовал за ним, отмечая шаги стуком стальных набоек ботфорт по паркету.
Антуан де Рано узнал все, что требовалось, и даже чуть больше, он вновь повернул пуговицу, отключая сверхслух, вскочил с дивана и влился в безумие завершающего бал шаловливого котильона.
Среди прочих гостей на балу выделялся высокий мужчина в одеждах кремового цвета. При зеленом плаще. Четкие и жесткие, будто вырубленные из камня черты лица, особо же прямой нос и тяжелая челюсть, выдавали в нем алмарские корни. А тонкие брови и высокая линия лба, присущая шваркарасцам, говорили о том, что появился он на свет в результате нередкого, и даже традиционного события, союза аристократа и аристократки из Королевства Шваркарас и Алмарской Империи. Танцевал он немного, пил в меру, любезен с гостями был сообразно требованиям этикета, говорил мало, больше слушал, но слушателем был замечательным, а потому беседовали с ним охотно. Очень часто сей господин оказывался неподалеку от коронного лейтенанта де Рано, исподволь наблюдая за оным субъектом, но оставаясь вне зоны внимания последнего. К концу бала гость в зеленом плаще убедился в излишнем внимании драгуна к персоне некоего локально знаменитого поэта, и в раздумьях удалился, приняв у дверей от лакея-гепардита пехотный палаш в черных лакированных ножнах.
Корни Зла.
Корни зла кроются в истории. В истории же мы должны искать способы исправить нынешнее положение вещей, ибо каждый раз, когда приходил самый темный час — нация возрождалась из пепла, обретая силы сокрытые до времени, в дремлющем духе. Духе народа. Духе свободы. Духе силы! Духе жизни, равно горящем в каждом сердце, будь то священник, аристократ или пейзан.