Но хуже всего ведут себя купцы. Считая, что золото может заменить меч на службе поддержки трона, они пеняют на Ригельвандо, как на пример благополучия. Не понимая, что тем самым рушат все, что создано было самой историей страны, что шла по совершенно иному пути, чем республика торговцев, управляемая не единым королем, а советом равных от свободных городов — Ригельсберме. Купцы, считая, что золотом можно исправить все, и даже купить себе честь и род, взятками и почти что демоническими посулами баснословных прибылей, шатают трон все сильнее. Завлекая в тенета алчности и порока короля и высшую знать. Пытаясь достигнуть того, чего достигнуть нельзя. Угнетая и раздражая своим блеском на заморской крови жителей городов и ремесленников, так же покидающих насиженные места и отправляющихся за лучшей долей, а на родине презирающих торгашей. Церковь же, ведущая в колониях войну против туземного невежества, чернокнижия древних культур и недреманного Губителя из Толщи Вод. Уже более чем на треть состоит не из благородных духом священников, руководствующихся разумом и верой, а из кровожадных фанатиков, обагренных по локоть в крови тех, в вине которых они оставляют разбираться Единому. А еще на треть — из ленных патриархов, строящих себе дворцы и виллы на заморскую десятину и сокровища, награбленные их боевыми отрядами, уже давно забывшими, что есть вера.
На лицо видится полное крушение добрых общественных отношений, разрушенных благостью и достатком, нажитым неправедным путем. Суть яркое знаменье гибели или жестоких перемен.
Шваркарас болен, болен богатством, роскошью, болен как толстяк, умирающий от обжорства, он либо лопнет, раздираемый изнутри, либо осознает свой порок и ограничит себя в потреблении, избегая гибели.
Колонизация несет и много полезного — богатство способствует прогрессу и развитию, так же на новых землях поселяются выходцы из развитых земель моей страны, неся с собой прогресс и единую истинную веру.
Однако доблесть и путь любого государства желающего существовать стабильно и безопасно состоит в умении не только насыщаться ресурсами, но и рационально использовать их для развития и прогресса. Сейчас же наблюдается печальный итог. Когда многие блага, пригодные для беспримерного роста могущества и гармоничного развития страны, истрачиваются в пустую. Когда государство, утратив важнейшие признаки свои, превращается лишь в разобщенное сообщество ослепленных алчностью, либо озлобленных или кровожадных индивидов, коих ничто не связывает между собой, кроме стремленья урвать кусок от добычи другого. И это есть путь к гибели, и лишь осознанье гибельности этого пути, и общее разумное усилие может помочь исправить нависший над Шваркарасом мрак…
За окном моросило — предпоследний месяц года — ихтионис, славился холодной погодой и дождями, а так же тем, что в начале его следовал праздник Безумия Морских Бесов, впрочем, безумия хватало и на суше.
В харчевне было сухо, чадно, грязно и страшно одиноко — большая часть ее обитателей навсегда покинули земную юдоль скорби. Теперь они болтали ногами под осенним ветром, а холодные капли дождя падали бессмысленно увлажняя синие раздувшиеся языки висельников украшавших перекрестки и деревья на несколько миль окрест.
— Нередко посещает дома, где молодые девки живут, у барона де Труи был в гартарудел, а ушел поздней ночью, таясь, так же у господ Периньи и Жако, ууу суки судейские, по всему видать дочерей Анетту и Лизу портил…. - бубнил Рен «Кот» смачивая горло кислым местным вином.
Жанетта де Пуатье постаралась на славу, пытки, висельники, угрозы массовых расправ — семья за человека, четыре двора за семью, за старосту или солтыса всю деревню, сделали черное дело. Доносы текли рекой, весь прошлый месяц охотница на ведьм провела в графстве Никкори-Сато. Устроила даже небольшую канцелярию, одолжив у графини грамотных слуг. И весь месяц шпионил для Вульфштайна воришка Рен «Кот», заодно помогая себе и своим сотоварищам быть как можно дальше от мест, где злобствовала инквизиция….