- У тебя есть версии, кто это может быть? – Помолчав, спросил Ярик. Мимо прошла медсестра. Врачи замолчали, не желая, чтобы их разговор услышал кто-то еще. Оставшись вновь наедине, Рустам продолжил:
- Я без понятия, кто за этим стоит. Я звонил Илье, он уверен, что Ника ни с кем не контактировала. А кроме нее, у нас врагов нет.
- Рустам, враги есть всегда, просто мы о них не всегда знаем. – Заметил Ярик, задумавшись.
- Хорошо, тогда скажи, кто, по твоему мнению, прислал фотографии Наташи?
- Тут думать нечего. – Помрачнел Ярослав. Он знал, кто. По крайней мене, был уверен на 90%.
- Как думаешь, могут быть эти два события взаимосвязаны? – Рустам был готов предположить самую бредовую идею.
- Сомневаюсь. Его интересует только Наташа. И он уже делал подобное. – Анестезиолог поежился, вспомнив отчаянное признание Наташи в ту ночь у камина.
- Кто тогда? – Рустам почувствовал себя в тупике. Он не знал, кто стоит за происходящим, кто шлет эти письма. И неизвестность пугала мужчину. Он редко боялся за себя, но страх за любимых и близких был ему хорошо знаком.
- Идем, нас ждут. Мы еще поговорим об этом. Я не намерен это так оставлять. – Ярослав понимал чувства Рустама. Они сейчас оказались в одной лодке, когда их близкие нуждались в защите. И чувство беспомощности пугало...
В ординаторской все были в сборе. Ирина Васильевна отбыла свое первое ночное дежурство в этой больнице. График дежурств сбился, и Рустам мысленно сделал пометку сверить, когда ему и Рите дежурить.
- Коллеги, у меня нехорошие новости. – Негромко сказала Лещук. Все взгляды обратились к ней. – Я была у Владимира Петровича. И его состояние меня настораживает. У меня ощущение, что он все еще под наркозом.
- Что вы имеете в виду? – Нахмурился Ярослав. – Он плохо выходит из наркоза?
- Ярослав Алексеевич, наркоз и выход из наркоза – это разные вещи. И я пока еще в состоянии их различить. – Огрызнулась Ирина Васильевна. – Это не выход из наркоза. Я не знаю, как это объяснить, но пациент все еще под наркозом. Андрей Николаевич, вы ничего не хотите сказать?
Взгляды всех обратились на нового анестезиолога. Тот заметно занервничал.
- Я все правильно рассчитал! Пациент должен был выйти из наркоза, но возможно, учитывая его возраст и общее состояние...
- Не сомневаюсь, что вы учли. – Насмешливо заметила Лещук.
- Учел. – Андрей Николаевич закивал головой.
- А покажите-ка мне ваши записи. – Попросил Ярослав. Получив бумаги, он углубился в их изучение. Наташа заметила, что Рита побледнела и поспешила сменить тему.
- Состояние Максима удовлетворительное. Я заходила к нему и вчера вечером созванивалась с неврологом.
- Да, Красовский стабилен. Как мне сказали, сегодня возвращается Дмитрий Эдуардович, с ним и решим, что делать дальше. – Обронила Лещук.
Теперь настал черед побледнеть Наташе. Она не хотела встречаться с нейрохирургом, но понимала, что встреча неизбежна.
- Вы с ума сошли?! – Громкий голос Ярослава заставил всех вздрогнуть. – Вы включили в комбинацию сочетание галотана и закиси азота?!
- Это проверенные способы анестезии, особенно при такой операции! – Андрей Николаевич вскочил.
- Это бредовые способы анестезии! Каждый из них опасен сам по себе, а в данной комбинации... – Ярослав махнул рукой, с ужасом смотря на коллегу. Он догадывался, что не все так просто с новичком, но чтобы настолько?!
- Ярик, что это означает? – Рита почувствовала, что на нее вновь накатывает паника. Рустаму вчера удалось ее успокоить, и женщина заснула в его объятиях, но сейчас она видела только Ярослава, который уже понял, что произошла трагедия. Мужчина лишь махнул рукой и выскочил из ординаторской. Коллеги с тревогой проводили его взглядами. Рита переглянулась с Ириной Васильевной и они вдвоем тоже выбежали из ординаторской, оставив Рустама, Наташу и анестезиолога втроем.
- Как может человек сутки не выходить из наркоза? – Спросил Рустам, ни к кому не обращаясь. Анестезиолог, который сел было за стол, снова вскочил.
- Я все правильно сделал! Я уже не первый раз делаю такую анестезию! – Его голос звонко прозвучал в тишине. Ни Рустам, ни Наташа не удостоили его взглядом. Оба они лихорадочно думали, что можно сделать. тут мог помочь только опыт и Ярик.
- Он справится. – Сказала Наташа, как и Рустам, не обращаясь ни к кому. Агаларов понял, о ком она. Андрей Николаевич хотел было что-то сказать, но, махнув рукой, вышел. Он чувствовал, что ему здесь сейчас не рады. Но ведь он и вправду все сделал, как надо...
- Ой, а где все? – Тамара удивленно оглядела пустую ординаторскую. Ведь все должны быть здесь... А глянь – только Наталья Андреевна и Рустам Давитович.
- У Началова. – Коротко ответил Рустам.
- Что-то случилось?! – Тамара испугалась.
- Тамара Михайловна, вы что-то хотели? Так говорите! – Не сдержалась Наташа.
- Да, хотела. Всех в актовом зале собирают, нового главврача будут представлять. – Тамара обиделась.
- Спасибо, Тамара Михайловна. – Рустам встал. – Пойдешь? – Спросил он Наташу.
- Иди, мне не хочется. Потом расскажешь. – Отмахнулась она. Оставшись в одиночестве, женщина встала и подошла к окну. Сегодняшний разговор с Яриком все еще звучал в ее голове. Он прав, им стоит поговорить. Но не так быстро, не так... Ей нужно подготовиться, подобрать слова, чтобы он понял, что творится у нее в душе. Звонок телефона отвлек ее. Звонил Тарас Юрьевич из гинекологии:
- Наталья Андреевна, готовы ваши результаты. И мне нужно с вами поговорить.
====== Часть 15 ======
Ярослав вышел из палаты Владимира Петровича. Произошедшее не укладывалось в голове. Как мог анестезиолог допустить такую ошибку, которая возможно, не стоила бы жизни пациенту, но сделала бы его овощем?! Хотя учитывая общее состояние Началова, могло произойти все, что угодно. Кто-то тронул его за плечо. Ярик обернулся.
- А, это ты... – Буркнул он, увидев Ирину. Ему не хотелось оставаться с ней наедине. Даже сейчас, когда им стоило бы обсудить состояние больного.
- Да что ты дергаешься? – Негромко спросила Лещук. – Не бойся, не укушу. Какие прогнозы?
- Пока сложно сказать. Это не состояние наркоза, это промежуточная стадия.
- Что? – Рита подошла к ним и услышала последние слова Ярика. – Ты хочешь сказать, па... – Она осеклась. – Владимиру Петровичу грозит кома?!
- Рита, я пока хочу сказать, что наш специалист по наркозу налажал. И я не могу понять, почему. Он совершил глупейшую ошибку.
- Что он сделал? Я вроде бы наблюдала за его работой, все должно было быть хорошо. – Нахмурилась Лещук.
- Он совместил все возможные анестетики. Но это еще ладно. Он за основу взял галотан и скомбинировал его с закисью азота. В таком случае анестезия наступает быстрее при меньшей концентрации галотана в альвеолярном воздухе. Но наш Склифосовский довел концентрацию галотана до максимума чистого вещества, то есть до 1% и в ходе операции стабильно поддерживал этот уровень. То есть продолжал введение галотана. Соответственно, дозировка значительно превысила все допустимые нормы. И теперь потребуется очень много времени, чтобы вывести Владимира Петровича из наркоза. И дай Бог, чтобы все обошлось. Пока я не вижу ничего опасного, но стоит контролировать давление, при такой концентрации галотана оно может резко снизиться до критической отметки. Плюс рост РО2. Тут нужен контроль кардиолога, ко всему прочему.
- Но как такое могло произойти? – Ужаснулась Рита. – Ведь Владимир Петрович не взял бы на работу, кого попало! Как может такой человек работать анестезиологом?!
- У меня тот же вопрос. – Хмуро ответил Ярик. – Я не могу понять, как он мог такое допустить. Я видел его диплом, видел его наработки. Впечатляет.
- Вот он и “впечатлил”. – Покачала головой Ирина Васильевна. – Я не думаю, что он может продолжать работать у нас. Стоит поднять вопрос о его увольнении.