- Мииила! – Из коридора донесся шепот. Лолита отчаянно жестикулировала из-за двери. “Сейчас?” – Мила вопросительно подняла брови. “Да!” – Закивала Лола. Медсестра погрозила пальцем практикантам:
- Чтоб без меня ни-ни! Я все вижу!
Выйдя в коридор, Мила прикрыла дверь палаты и повернулась к подруге:
- Что там у тебя?
- Представляешь, он написал! И он в Украине! И не против встретиться! И...
- Слишком много “И”. Где-то я уже это слышала. – Перебила ее Мила. Она все еще мысленно возмущалась той высшей рукой, которая поставила ее главной над практикантами. И поэтому она сразу не поняла, кого Лолита имеет в виду. Внезапно до Милы дошло.
- Да ты что?! – Ахнула она и тут же нахмурилась. – Слушай, а тебе не кажется подозрительным все это? Как-то он слишком быстро согласился...
- А чего подозрительного? Красивая девушка хочет встретиться, пообщаться, попрактиковаться в английском...
- Красивой девушке надо бы для начала этот английский выучить.
- Думаешь, не знаю? – Обиделась Лолита. – А вот и знаю, получше некоторых.
- Ладно, Лолка, шутки шутками, а ты не думаешь, что нарываешься на неприятности? Ты уверена, что он тебя не узнал?
- Уверена. Он меня тогда и не видел.
- И все же что-то тут не то... – В Миле проснулся Шерлок Холмс.
- Ты завидуешь, что ли?
- Чему? Что какой-то маньяк хочет встретиться? Ох Лолка, глупая ты... – махнула рукой Мила. – Просто сама подумай, после того, что он здесь вытворил, глупо ехать сюда снова.
- Куда “сюда”? – Насупилась Лолита.
- В Украину, в наш город! Да не важно! Я удивлюсь, если его таможенники пропустят!
- Слушай, ты же обещала мне помочь!
- Обещала, но сама подумай – ну не может все быть так просто!
- Значит, мне повезло. – Обиженно отвернулась Лолита. – не хочешь помогать, так и скажи!
- Лола! – Простонала медсестра. – Иди ты... в буфет!
- И уйду. Только даже не надейся получить свой любимый “наполеон”.
Мила было рванула за Лолитой, но вопль из палаты заставил ее вздрогнуть. Ворвавшись в палату, медсестра увидела, что практиканты разобрали шприцы и теперь столпились у кровати больного, который чуть ли не на стенку лез. Мила закатила глаза и ринулась спасать пациента, забыв про Лолиту и ее америкоса. Разберутся как-нибудь. А ей нужно про работу думать.
Но где-то в глубине души Милу все-таки мучала тревога. Почему этот американец так легко согласился на встречу? И чего от него можно ожидать? Ответов на эти вопросы у Милы не было. Но она пообещала себе не спускать с Лолиты глаз. Успокоив себя этой мыслью, Мила повернулась к больному:
- Ну что, избушка, поворачивайтесь....
*
Наташа вернулась в ординаторскую. У нее из головы не выходил разговор с Рустамом. Неужели он понял? Но ведь она никому не говорила, даже Ярославу... И Тарас Юрьевич обещал сохранить ее диагноз в тайне. Почему, Наташа давно себе ответила. Еще в тот день, когда врач, пряча глаза, сказал ей страшное слово: “Опухоль”. Наташа не хотела жалости. Она до сих пор помнила взгляды коллег, когда ее болезнь была лишь предположением, туманным прогнозом. Уже тогда ее передергивало от сочувствия, которое читалось в глазах окружающих. Наташа не любила, когда ее жалели. А сейчас тем более. Операция сделает из нее урода. А уроды вызывают смех и отвращение. И больше всего Наташа боялась реакции Ярослава. И в то же время в ней росла злость на Ярика, на тех, кто отговаривал ее от поездки в Штаты. Чего они добились? Того, что сейчас написано в ее карточке! Почему она позволила этому случиться? Почему пошла на поводу у чувств? Ведь никогда еще порывы никого не доводили до добра...
Внезапно Наташа почувствовала на себе взгляд. Вскинув голову, она увидела, что Лещук задумчиво за ней наблюдает.
- Могу я поинтересоваться, что во мне вас так заинтересовало? – Резко спросила Наташа.
- Пытаюсь понять, что вы за человек. – Медленно произнесла Ирина.
- Спасибо за честность. Поняли?
- Пока нет.
- Желаю успеха в вашем исследовании. – Наташа отвернулась.
- Спасибо. Наталья Андреевна, мне интересно – почему вы не пытаетесь оправдаться после той истории с фото?
Наташа замерла. Ей послышалось или кто-то пытается влезть ей в душу? А Лещук продолжила:
- Все высказались в вашу защиту. Кроме вас. Почему?
- Почему? А вам не кажется, что вас это не касается? – Наташа подняла брови, стараясь удержать на своем лице спокойное выражение.
- Не кажется. Мы коллеги, работаем в одной больнице и в одном коллективе. И репутация коллег для меня очень важна. А для вас?
- А для меня важно не смешивать работу и личную жизнь. – Прошипела Наташа. Лещук так же спокойно наблюдала за ней.
- Поддерживаю. Но все же странно и непонятно.
- Что непонятно? Что я не знаю, как доказать свою невиновность? Что я знаю, откуда эти фото, но доказать, что это подделка, не могу? – Взорвалась Наташа.
- А откуда эти фото? – Спросила Ирина Васильевна. Казалось, ей нравилось наблюдать, как Наташа выходит из себя.
- Из прошлого! – Бросила Наташа и тут же прикусила язык. В глазах Ирины мелькнуло понимание. Она прищурившись, смотрела на коллегу.
- Извините, меня ждут больные. – Наташа подхватила со стола папку и бросилась к двери. Что говорить, она позорно сбежала. Но Наташа не могла оставаться в ординаторской.
- Наталья Андреевна. – Голос коллеги остановил ее. Наташа, не оборачиваясь, чувствовала пристальный взгляд. – У нас у всех есть враги. И хорошо, когда мы о них знаем. Но если вы с ними не боретесь, когда они вступают на тропу войны, – а в вашем случае это именно так, – то становимся врагами самим себе. Вы согласны?
- Я всегда была себе врагом. – Тихо сказала Наташа и вышла, хлопнув дверью. Ирина Васильевна проводила ее взглядом. Доктор Олди была для Лещук загадкой, крепким орешком. Ирина сразу почувствовала соперницу. А может, и партнера. Но орешек еще предстояло расколоть, и хирург понимала, что под скорлупой твердого орешка может оказаться еще одна, не менее твердая оболочка. Главное – не сломать зубы.
*
Рита наткнулась на Рустама возле ординаторской. Мужчина с тревогой посмотрел на нее:
- Рита, что-то случилось? У тебя такое лицо...
Рита глубоко вдохнула, словно перед прыжком в воду. Она не решилась сразу сказать Рустаму, кто ждет его в смотровой.
- Ничего, просто в смотровой пациентка... Я хочу, чтобы ты ее посмотрел.
- Сейчас? Мне к Красовскому нужно зайти, по поводу Максима. Может, мне удастся его убедить. Состояние Макса стабильно, но нужно спешить. Мы не сможем долго его тянуть. У меня появилась одна идея...
Но Рита перебила его. Идеи могут подождать.
- Рустам, ты должен посмотреть ее. Я тебя не так часто о чем-то прошу.
Рустам удивленно посмотрел на любимую. Он не привык видеть ее такой. Значит, случай действительно сложный.
- Хорошо, я посмотрю. В смотровой?
- Да. – Рита почувствовала ту самую дрожь, которая бывает в предвкушении сюрприза, но ты не уверен, понравится ли твой сюрприз или нет...
- Пойдем? – Рустам вопросительно посмотрел на Риту, которая, казалось, о чем-то задумалась.
- Идем.
Когда они подошли к смотровой, Рита остановилась.
- Заходи ты. Я подожду.
- Почему? – Рустам нахмурился. – Что случилось?
- Просто... – Рита не знала, что сказать. – Иди. Иди!
Рустам почувствовал тревогу. Что или точнее, кто ждал его за дверью смотровой? Он решительно толкнул дверь.
- Рита, ты шутишь?
- Что? – Рита удивилась и заглянула в смотровую. Там никого не было. Рустам нахмурившись, смотрел на любимую.
- Что здесь происходит? – Решительно спросил он. – Кого я должен был увидеть? Или это шутка?
- Это не шутка. – Рита поймала проходившую мимо смотровой медсестру. – Таня, куда делась пациентка?