- Вы правы. У меня к вам только один вопрос. Почему вы хотите убить своего сына?
Кирилла словно водой окатили. Он почувствовал холодок, ползущий по его спине.
- Я бы попросил вас не разбрасываться такими словами. – Ледяным голосом произнес он.
- Я не разбрасываюсь. Или вы настолько плохой врач, что не понимаете, чем ваше решение грозит Максиму?
Красовский смерил Оксану тяжелым взглядом.
- Давайте я сам буду принимать решения и сам определю, что грозит или не грозим Максиму...
- Если он не нужен вам, – перебила его Оксана, – то нужен мне. Мне и Володе.
- Володе?
- Вашему внуку. Вы даже не помните его имени? Или не знаете? – Горько усмехнулась Оксана. Она приготовила такую горячую речь, такие слова... А сейчас все выветрилось из головы. И она видела перед собой лишь человека, которому чужды были чувства. И Оксана почувствовала, что вся ее решимость куда-то делась. Кирилл Евгеньевич тоже это почувствовал и пошел в наступление:
- Я помню и знаю только то, что мне интересно. И сейчас мне интересно, как долго вы еще будете занимать мое время? У меня есть дела поважнее, чем задушевные беседы о семейных связях.
- Поважнее, чем собственный сын? – Тихо спросила Оксана и развернулась было, чтобы уйти, но внезапно вновь повернулась к Красовскому: – А ведь он вас любит. Несмотря ни на что. У него фотография, где вы вдвоем на рыбалке, на самом видном месте стоит. И самолет, который вы вдвоем склеили. Хотя.. Наверное, вы этого уже не помните.
С этими словами Оксана вышла. Но Красовский этого не заметил. В его душе что-то шевельнулось. Какое-то робкое чувство, забытое и спрятанное глубоко-глубоко. И Кирилл Евгеньевич еще не понял, хорошее ли оно, или же плохое. Но он боялся шевельнуться, чтобы не спугнуть его и понять... Какие-то воспоминания, мысли метались в голове... И он уже не мог, как прежде, просто отмахнуться от них.
*
Рустам медленно шел по коридору больницы. Он бы мог проговорить с мамой до утра, но Носенко выгнал его, пригрозив не пускать. Невропатолог был прав, больной нужно было отдохнуть. Слишком много потрясений на нее свалилось. Но теперь Рустам знал, что она рядом, что он в любой момент может ее увидеть. И это было прекрасное ощущение!
- Рустам Давитович! – Тамара окликнула хирурга и ей пришлось повторить оклик, прежде чем Агаларов ее услышал.
- Да, Тамара Михайловна? – Рустам подошел к стойке.
- Маргарите Сергеевне письмо. Передадите? – Тамара протянула ему конверт. Рустам машинально взял его и вздрогнул. Тот же конверт, тот же почерк.
- Тамара Михайловна, а вы не помните, кто его принес?
- Помню. Мужчина, чернявый такой, вроде и курьер, а старый какой-то...
- В смысле – старый? – Не понял Рустам.
- Ну курьеры в основном кто? Мальчишки. А этот уже в возрасте и в хорошем возрасте.Хотя с нашими-то пенсиями... – Вздохнула Тамара.
- А почему вы решили, что это курьер?
- Так он похож. Одежда такая удобная, и в руках конверты были.
- Если он еще появится здесь, позовите меня. – Попросил Рустам и отошел.
- Позову. – Пожала плечами Тамара. – Василий! – Крикнула она появившемуся в коридоре мужу. – Транспорт забери! Разбросали тут носилки свои...
А Рустам на ходу изучал конверт. Он был настолько увлечен, что заметил Риту, только налетев на нее и наступив ей на ногу.
- Извини! – Он подхватил любимую. Она слегка хлопнула его по руке.
- Ты по сторонам смотри хоть иногда! Иначе тебя можно считать засланным казачком от травматологии. Мне точно понадобится помощь Опилата. – Рита поморщилась, наступив на ногу. Все же Рустам мог быть и повнимательней. Внезапно ее взгляд упал на конверт в руках Рустама. Рита побледнела.
- Опять? – Одними губами произнесла она.
Рустам молча кивнул. Он хотел было смять конверт, но Рита выхватила его и решительно вскрыла. Пробежав глазами по тексту, она подняла взгляд на Рустама.
- Так больше не может продолжаться. – Тихо сказала она, чувствуя, что страх заглушает поднимающаяся волна гнева.
- Рита. Это злой розыгрыш.
- Это уже не розыгрыш. – Возразила Рита. – И я не намерена больше это терпеть.
- Что ты хочешь сделать? – Рустам заранее чувствовал, что ответ ему не понравится.
- Я хочу встретиться с Никой. – Решительно ответила Рита.
Рустам окаменел. Он ожидал чего угодно, только не этого.
- Ты уверена, что это правильное решение? – Осторожно спросил он, боясь сказать что-то, что побудит Риту на еще более необдуманный поступок.
- Уверена. Только она может сказать, кто за этим стоит.
- С чего ты взяла?
- Посмотри сам.
Рустам взял лист. Крупными буквами на нем было написано: “А ты боишься высоты?”. Мужчина почувствовал, что его пальцы задрожали. Неужели это намек на то, что происходило тогда в заброшенном здании?... Неужели Рита права?
- Я позвоню Илье и попрошу мне помочь. Ты можешь не ехать, если не хочешь. – Сказала Рита, пряча взгляд. Рустам обнял ее.
- Я всегда с тобой. И если ты считаешь это правильным, мы сделаем это вместе.
Но Рустам был уверен – даже если Ника что-то знает, она ничего не скажет.
- Пойдем лучше кофе пить. А то сегодня не день, а полный хаос... Я тебе приготовлю свой фирменный кофе! – Мужчина взял Риту под руку, и они направились к ординаторской.
- Боюсь, тебе придется готовить его на всех! – Засмеялась Рита. – У твоего фирменного кофе такой аромат, что сбежится все отделение.
Она была уверена, что приняла правильное решение. Осталось только поговорить с Никой и узнать, кто стоит за всем этим. И прекратить этот балаган. Рита настолько была поглощена своим планом, что забыла про Красовского и что он ждал ее для разговора. И с каждым шагом она все больше отдалялась от кабинета главврача.
*
Наташа быстро взбежала по ступенькам подъезда. Ей удалось сбежать от Ярика, прикрывшись неотложными делами. Нечего ему знать про сюрприз. Завтра все увидит, завтра все узнает. Наташа порылась в сумке в поисках ключей. Внезапно ее взгляд упал на дверь. Все вроде бы было в порядке, но возле замка появилось несколько царапин. Утром их не было – Наташа это точно помнила. Ее наметанный взгляд хирурга еще никогда ее не подводил. Она нахмурилась.
- Наташа!
Женщина обернулась и встретилась глазами с матерью. Елена Михайловна поднималась по лестнице. Видимо, она шла за Наташей, и они разминулись буквально на несколько шагов.
- Что ты здесь делаешь? – Резко спросила Наташа.
- Пришла к тебе в гости.
- Я тебя не звала. – Наташа отвернулась и попыталась вставить ключ в замочную скважину. Но руки дрожали и ключ не вставлялся. – И как ты узнала адрес?
- В больнице сказали.
“Ну Тамара! Ну погоди!” – мелькнула у Наташи мысль.
- Я хочу поговорить. – Елена Михайловна наблюдала за дочерью и ее безуспешными попытками вставить ключ. Наконец Наташа сдалась и повернулась к матери.
- А нам есть о чем говорить? – Горько спросила она. – Вспомни, сколько мы с тобой не виделись. Все эти годы тебя не интересовало,где я, что я. А сейчас ты хочешь поговорить?
- То же самое я могу сказать о тебе. – Парировала женщина. – Ты бросила нас. И исчезла.
- Как ты думаешь, почему? – Ехидно поинтересовалась Наташа. – Наверное, от слишком хорошей жизни.
- Наташа. Давай не будем вспоминать плохое. – Примирительным голосом произнесла Елена Михайловна. – Давай попробуем снова стать семьей.
Наташа молча смотрела на мать. Ее ласковый тон не мог обмануть. Слишком хорошо Наташа помнила все, сказанное матерью.
- Извини, не хочется. – Хмуро ответила она.
- Хорошо. Я не настаиваю. Но если вдруг ты передумаешь, вот мой номер телефона. – Елена Михайловна протянула Наташе клочок бумажки с цифрами. Наташа машинально его взяла. Мать бросила на нее взгляд, в котором читались упрек и обида, и пошла вниз по лестнице. Когда ее шаги стихли внизу, Наташа, словно повинуюсь какому-то шестому чувству, подошла к окну подъезда. Выйдя на улицу, ее мать тут же достала телефон и начала кому-то звонить. Было видно, что она произнесла несколько слов, при этом глядя на Наташины окна. Наташа отстранилась, чтобы ее не заметили, и вздрогнула, услышав голос: