Мгновение — и рыцарь метнул свою молнию в Ночлежника. Раздался удар грома. Огненный крест заслонил воина. Копье бумерангом вернулось к хозяину, он вспыхнул и исчез, как и его спутница, как и весь Остров Теней. Ночлежник повернул коня к берегу. На руках его сидела счастливая и здоровая Дарли. Пейя бросилась к ним. Всадник отбросил капюшон. Глазам матери и дочери явился благородный лик барона Тугора. Волшебная молния вернула его к жизни.
Танец смерти
На берегу моря в самом узком месте залива стоял королевский замок. Огромная темная скала из лабрадора поднималась из воды причудливым горбом и почти перегораживала устье спокойного залива. Со стороны моря жестокие ветры хлестали высокие стены замка, а с обратной стороны, в зеркальной, ничем не волнуемой поверхности вод с мельчайшими подробностями отражалась скала со всеми укреплениями. Это бывало днем, когда глубокая, почти черная синева лабрадора с серебристыми россыпями звезд напоминала ночное небо. Когда же наступала ночь, скала и замок словно растворялись в воздухе, и редкие огоньки на башнях плыли вместе с небом, почти неотличимые от далеких светил. Замок как бы застыл на грани двух миров — бушующего востока и замершего запада.
В те годы правил король Маркус. Это был славный правитель, верный принципам справедливости, почитаемый и друзьями, и недругами. Рядом с королем всегда была супруга его, Летина, чьи красота и легкость нрава смягчали порой излишнюю суровость владыки. Любовь королевской четы венчали двое очаровательных детей: старший — принц Идгор, храбрый и мечтательный юноша, в котором мужество отца и поэтичность матери слились воедино, и младшая — принцесса Арна, любимица семьи. Это была девушка с тонкой натурой, необычайно чуткая к красоте, зрелым умом, способным проникать в тайную мудрость мира. Еще одним членом семьи был лохматый пес по имени Триган, преданный слуга и страж.
Жил в замке еще один чудак, который скрашивал свободные часы королевской семьи и охотно давал дельные советы. Звали его Аллун, исполнял он должность придворного звездочета и о себе рассказывал фантастическую историю. Будто он потерял звезду, на которой родился и вырос, и теперь должен найти ее. Будто скала, на которой выстроен замок, — это как раз осколок его звезды, который должен помочь ему вернуться домой. Наверное, потому на самой высокой башне замка старый Аллун проводил ночи напролет, наблюдая в телескоп ночные светила. Днем звездочет сверял свои находки с картой неба, которая, по его словам, помещалась в старинном каменном зеркале из отшлифованного лабрадора. Однако его отражение не всегда совпадало с предметом. Так, смеющийся шут мог увидеть на своем лице гримасу боли и слезы, гордому и самодовольному пажу мог предстать он сам лет через сорок, дряхлым старцем. Но если перед волшебным зеркалом Аллун зажигал свечи, оно являло картины звездного мира.
Спокойно протекала жизнь в замке, пока однажды не подкралась беда — тяжелый недуг поразил Арну. Она отказывалась от пищи, день ото дня худела, превращаясь в соломинку, и не было сил получить объяснение происходящему. Тяжкая тревога и уныние овладели обитателями замка. Придворные и заезжие лекари в смущении отказались лечить принцессу:
— Мы не видим болезни, а над волей Арны мы не властны.
Один звездочет не пал духом. Долгие беседы вел он с принцессой, расспрашивал ее о сновидениях, посещавших ее в ночные часы, и однажды привел ее к каменному зеркалу.
— Послушайте меня, ваше высочество, это зеркало — дверь в иной мир, который порой определяет нашу жизнь. Вглядитесь в образы, что явит вам зеркало, и постарайтесь найти среди них себя.
Принцесса стала перед своим отражением и застыла. Внезапно радость охватила ее.
— Вон я! — крикнула она, указывая на камень.
В зеркале отражалась стройная женщина с жемчужной короной на голове, длинное, переливающееся, как волна в лунном свете, платье облегало ее тело. Руки, подобно крыльям, взметнулись вверх. Женщина танцевала так легко и свободно, словно не имела веса и парила в воздухе. Прошло несколько мгновений — и красавица исчезла в глубине лабрадора.