— Искусством занимаются те, кому не удается жизнь. Стоит ли вам, у которой есть все, чтобы быть счастливой в жизни, браться за живопись?
— Я хочу попробовать, — ответила Омега, ибо это была она.
Прошло недолгое время, и любовь связала учителя и ученицу. Трудно говорить о профессиональных успехах Омеги, что же касается мэтра — на его примере оправдались его собственные воззрения: чем больше счастья дарила ему жизнь в облике возлюбленной и ученицы, тем бледнее становились его работы. Честолюбие мэтра получило жестокий удар. За спиной его шептали, что он выдохся и талант его иссяк. В отчаянии художник пытался расстаться с Омегой. Увы! он не мог оторваться от нее.
Еще злейшие страдания обрушились на метра. На выставках ее работы вывешивались рядом с его, но он знал им цену: их принимали ради красоты самой Омеги и благодаря его покровительству. Но его слава быстро меркла. Только чудо могло спасти положение, и последняя попытка сохранить свое имя вылилась в поиски новых красок, приближающих изображение к жизни. Мэтр занялся алхимией. Но и здесь его ждала неудача. Любое искусство, и уж тем более волшебство, требовало только полной отдачи, — но половина его души принадлежала возлюбленной!
И тогда ненависть исполнила его сердце. Омега была для него дурманом, уводящим от чистых родников искусства! Она отнимала от него славу, которая должна была увековечить его имя. Мэтр решил защищаться. По совету колдуньи он достал яд красавки и стал подсыпать его Омеге в пищу. Как и планировалось, девушка не умерла, но лишилась рассудка. Теперь мэтр мог быть спокоен. Безумие ограждало Омегу от пылких поклонников, оно же помогало ему вырваться из-под ее власти.
По иронии судьбы сумасшедшую Омегу прозвали Белладонной, прекрасной донной, по имени растения, отравившего ее. Дни и ночи девушка бродила по улицам, собирала цветы и камешки, составляя краски. По-видимому, идея мэтра о волшебных красках полностью завладела ее больной головой. Люди жалели ее, но обходили стороной. Юноши, недавно готовые отдать жизнь за ее благосклонность, теперь отворачивались.
И вот однажды Омега исчезла, и никто не мог указать ее следа.
Прошло несколько лет. Мэтр вернул былую славу, но счастья не прибавилось. Раскаяние мучило его, и он пытался разыскать Белладонну, обещая за помощь щедрую награду. Как-то ночью его разбудил бродячий цыган и передал, что дама, которую он ищет, ждет его. Мэтр торопливо оделся и предложил посланцу деньги. Тот отказался.
Через короткое время они были у цели. С сильно бьющимся сердцем мэтр толкнул дверь и вошел в дом. Он увидел роскошную обстановку, которую мог позволить разве что вельможа, — золотые канделябры, персидские ковры, оружие, резная мебель, хрусталь. Однако напрасно его глаза искали среди сокровищ возлюбленную Омегу — ее не было.
— Чье это имущество? — спросил он провожатого.
— Белладонны, — ответил тот.
— Откуда? — вопросил потрясенный мэтр.
— У нее волшебные краски…
Только тут художник понял, что добрая половина поразивших его богатств изображена на полотне. И он не мог отличить их от реальных предметов. Да, ученица превзошла его! Со слезами на глазах читал он ее прощальное письмо.
«Мой возлюбленный мэтр! Я нашла волшебные краски и часть их завещаю вам. Ведь именно вы помогли мне разыскать их в жизни. Красный цвет я открыла в вашей любви, зеленый — в вашей силе и энергии. Тоска, обуявшая вас, когда ваши картины перестали удаваться, подарили мне коричневую краску. Потом вы занялись алхимией и мудростью, а я получила фиолетовый цвет. На смену им пришло безумие, которым вы наградили меня. Мне было больно, но страдание помогло мне понять суть желтого. Увы, за безумием следовала ненависть, и я причастилась черной краски вашей злобы. Она не могла быть долгой. Вам вернулась духовность, и, озаренная ее синим цветом, я покидаю вас и этот мир. Будьте счастливы. Вечно благодарная вам, Белладонна».
Получив волшебные краски, мэтр затворился в своем доме и не велел никого пускать к себе. День и ночь, забыв о пропитании, он писал по памяти образ своей возлюбленной. Когда через сорок дней встревоженные слуги и друзья взломали двери его покоев, художник был мертв. Взамен его навстречу им вышла Омега-Белладонна. Он вернул ее на землю и отдал свою жизнь. Никто не посмел остановить ее, и она ушла в приближающуюся грозу, держа в руках зонт, нарисованный остатками волшебных красок.
Альф и Омега, Начало и Конец, Жизнь и Искусство — все запечатлено в вечном служении Любви, и не она ли дарит им бессмертие?