В этот момент звезды будто стали ниже. Она видела, как их свет проникает сквозь камень, согревая ее и убаюкивая, словно мать ребенка. Она легла, не боясь простудиться, и смотрела вверх, на небо. Она прекрасно осознавала, что камень не может позволить ей видеть небо, но видела его, словно никакого камня над ней и не было. Звезды выстраивались в хороводы, кружились, и вспыхивали, как будто кто-то рисовал ими на небесах странные фигуры. Изабель смотрела на них без страха и сожаления. Ей казалось, что она лежит на мягком ложе с пушистой периной, что вокруг яркий день, и что муж ее, Франсуа, ложится рядом с нею. Ей стало так хорошо, что она прижалась к Франсуа всем телом, чувствуя, как он тоже сжимает ее в объятьях. Волосы его щекочут ей щеку. Она целует его, раздвигая ноги, лаская его ладонью, и нет ничего приятнее, чем вот так возбуждать его и чувствовать его возбуждение. Когда же они соединились, звезды вдруг вспыхнули, будто тысячи солнц, отгораживая их от всего мира своим ярким светом, Изабель застонала, охваченная блаженством, и видя внутренним взором, как внутрь нее извергается его золотое семя. Вот это семя становится больше, больше, и вырастает в небольшой росток, который закрепляется внутри нее. Изабель кладет руку на живот, и из груди ее вырывается смех абсолютного счастья. Она видит, что вокруг ясный день, и снаружи на зеленом лугу пасутся пестрые коровы. Это зрелище так завораживает ее, что Изабель забывает, что рядом лежит ее муж, заснувший тяжелым беспокойным сном, и что она только что зачала ребенка. Коровы подходят ближе, смотрят на нее. И тут Изабель понимает, что никакой преграды больше нет, что она лежит под камнем на холодной земле, и рядом лежит совершенно обнаженный Франсуа, на груди которого вырезаны странные знаки. Она проводит по его груди пальцем, ощущая, как запекшаяся кровь снова начинает течь.
Резко сев, Изабель осматривается. Вся ее рубашка пропиталась его кровью. Руки его тоже все в порезах, будто кто-то чертил на них странные письмена.
— Франсуа! — кричит она, с трудом расталкивая его и заставляя открыть глаза.
Он садится рядом с ней, осматривается, и тоже смотрит на свои руки.
— Франсуа, ты весь в крови...
Изабель охватывает паника, но Франсуа совершенно спокоен. Он устал. Глаза его смотрят на нее без всякого выражения, а лицо бледно и сосредоточенно.
— Ничего страшного, Изабель, — говорит он, ища на земле свой серый балахон, — это все ерунда. Главное, что ты теперь понесла. И что к Рождеству у нас будет сын.
…
— Она подтвердила, она беременна.
Франсуа стоял у зеркала и смотрел в зеленые глаза прекрасной Диоргиль.
Диоргиль усмехнулась. Губы ее скривились в улыбке, но глаза были пусты, будто зеленые омуты.
— Ты сделал все правильно, Франсуа, — сказала она, — я уверена, что и дальше ты будешь делать все правильно.
Франсуа положил ладонь на зеркало.
— К Рождеству у меня будет сын, — проговорил он, — и...
— -Я сама все решу, — Диоргиль коснулась рукой зеркала, там, где была его рука, заставив стекло зазвенеть серебром, — поверь мне, у нас все получится.
Глава 8. Клятва Франсуа
К Рождеству у нее будет сын... Изабель сидела на своем любимом балкончике и смотрела вдаль, на море. Вчера Франсуа отвез ее в замок, а сам куда-то исчез, занеся ее, еле живую от усталости, в комнату и положив на кровать. Он и сам выглядел не лучше. Весь в крови, которая проступала и через серый балахон, бледный и измученный, он поцеловал жену, снял с нее грязную сорочку, и накрыл одеялом. Изабель сомкнула глаза и тут же заснула без сновидений. Проснулась она ближе к вечеру, кое-как оделась и теперь сидела на балконе, не зная, как воспринимать все, что с нею произошло. Она не понимала, где сон, а где явь, что ей приснилось, а что — нет. Она нашла свою окровавленную сорочку, и понимала, что действительно куда-то ездила ночью с Франсуа, и была уверена, что зачала ребенка. Или про ребенка ей тоже привиделось?
Изабель поднялась и отправилась к Франсуа. Что она спросит у него? То, что отложилось в ее памяти было больше похоже на фантазию и сон, чем на то, что могло произойти на самом деле. Как отреагирует он на ее вопросы, если они окажутся ее фантазиями?
Франсуа в его комнатах не было. Изабель замерла, открыв дверь, и долго осматривалась, постепенно понимая, что все-таки то, что казалось ей сном, было явью.
Вся спальня графа де Муйен была в кровавых следах. Алые разводы были на кровати, на полу, на стенах, где он облокотился рукой. Изабель закусила губу, понимая, что потеряв столько крови, муж ее должен быть уже без сознания. Возможно, он умирает где-то, или... Она заметалась по комнатам, пытаясь понять, где его искать и можно ли сообщить о том, что она увидела, старой графине. В этот момент дверь распахнулась и в покои ворвался его слуга.