У меня отлегло от сердца. Всё-таки не виноват. Не люблю разочаровываться в людях. Это больно. Муж вопросительно выгнул бровь, среагировав на имя. Видимо, приветствие он пропустил мимо ушей.
– Да, меня тут зовут Стасом. Я же не могла назваться своим именем, – улыбнулась я, довольная признанием механика. Не виноват.
Алик одобрительно кивнул. Мол, хоть тут не оплошала. А я продолжала осмотр машины и обойдя её по кругу, присвистнула. Место удара поражало объёмом. Алик поспешил ко мне и тоже впал в ступор.
– Ты видел, кто это сделал? – угрожающе рыкнул муж, меряя кулаком глубину вмятины в двери.
– Нет, – активно замотал головой механик. – Я на гонки на велосипеде приезжаю. Когда команда Стаса стартовала, поехал за ними. Хоть и спешил, но добрался до места аварии уже поздно. Дверь была распахнута, ключи торчали в замке, а Стася лежала на асфальте возле машины без движения.
– Так почему ты её не подобрал?
– Не успел. Слишком близко засверкали мигалки законников, и завыла сирена. Я решил хотя бы машину спрятать. Без неё шанс уйти от наказания увеличивался.
– Даже и не знаю, что с тобой делать. С одной стороны, ты помог, а с другой…, неужели ты не мог отговорить её от участия в гонке? Или хотя бы предупредить о возможном нападении.
– Я хотел, но она бы всё равно не послушала. Упрямая, как сто мустангов. От гонки бы не отказалась, а скорее наоборот, попыталась бы догнать и выяснить, зачем Чернышу деньги. А тот бы не стал разбираться. Мог и убить запросто. Мало кто верит, что если спрашивают, зачем тебе деньги, хотят их дать. Но, был ведь шанс, что и не нападут, – виновато, но уверенно ответил механик.
Алик зашипел от раздражения.
– Думаешь, машина была не одна? – зацепился за последнее слово муж.
– Не знаю, – отвёл глаза механик, и Алик тут же в бешенстве сжал кулаки.
Я всё это время в стопоре смотрела на покорёженную дверь. При всём усилии не могла отвести взгляд. Ноги отяжелели, а мысли всё время крутились вокруг той ночи. Хотя какой той, всё же случилось сегодня. От осознания хрупкости жизни меня заколотило. Я могла погибнуть! Так просто: взять и умереть от рук вора прямо сегодня. А как бы отреагировали дети? Что стало бы с ними? От такой простой мысли я чуть не рухнула на пол. Тело словно задеревенело и покрылось корочкой льда.
– Если бы удар был со стороны водителя, меня уже не было бы в живых, – сказала я вслух, и в боксе наступила тишина, – и да, я слышала как минимум двоих, подтвердила мысль мужа.
– Поехали отсюда, у нас нет времени сейчас разбираться, – зло рыкнул Алик в лицо механику. – Но я вернусь, и уж тогда ты у меня не отвертишься. Расскажешь всё.
– Я всё отремонтирую, не переживай за машину, – механик сделал вид, что не услышал угрозы, и продолжил разговор как ни в чём не бывало. – Сегодня же займусь. И, кстати, Стас, если нам придётся менять место, то я скину тебе новые координаты на запасной номер.
Я молча кивнула, садясь в свою машину. Мне сейчас не хотелось ничего. Такого опустошения не испытывала никогда. Будто все внутренности исчезли одновременно.
– Ты уверена, что сможешь сейчас ехать? – с тревогой заглянул в опущенное окно муж. Он никак не мог решиться отпустить меня. – Сейчас едем в гараж, я первый.
– Хорошо, – только и смогла вымолвить. Запоздалый страх настиг меня, превращая внутреннюю пустыню в ледяное безмолвие.
– Оставим машину, а потом я отвезу тебя на работу.
Сил хватило только кивнуть. Как-то поздно меня накрыло. Ехала в прострации, не сильно обращая внимание на дорогу. Впилась глазами в красные огоньки над номером машины Алика, и тупо следовала за ними.
Возле каких-то мастерских остановилась, и так и осталась сидеть, не понимая, что делать дальше.
– Как думаешь, Ина уже дома? С ней всё в порядке. Мне до неё не дозвониться, – зачем-то спросила я.
– Ины дома нет. Как и всей семьи, – сказал Алик, открывая дверь и помогая мне выйти. Отчаяние накатило с новой силой.
Неужели её ещё законники не отпустили? Сглотнула вязкую слюну. Вот, своими играми в адреналин хорошему человеку проблем добавила. Одинокая слезинка скатилась по щеке. Дети подруги! Они же ничего не знают. Их тоже могут допросить. А те – ни сном, ни духом о наших с мамой договорённостях. Если до завтра подруга не объявится, придётся что-то делать, только что?
– Ну, чего ты? Перестань, – тёплая рука мужа стёрла мокрую дорожку и повернула моё лицо к себе. – Сия, не нужно. Я постараюсь всё выяснить, – его взгляд защищал, дарил уверенность.
– Обещаешь? Точно? – каким-то чудом прохрипела я.
– Да.
Я знала, что слово мужа – незыблемая твердыня. Он сможет. Потихоньку оцепенение спадало. Кровообращение восстанавливалось. Горячие губы прошлись по моему холодному лицу, частично отогревая.