– Мне надо принять какие-нибудь таблетки. Целый день на полу в сыром помещении не прошёл даром. Я как минимум подхватила простуду. Странно, что вы в порядке.
– Мам, тут ничего нет. Лекарства мы не взяли, – переворошив все вещи, сказал Сеня, а меня ещё больше заколотило.
– Если они не люди, значит, и обоняние у них должно быть повышенное. Они нас найдут, можно даже не сомневаться. Свой лес эти твари наверняка знают отлично.
На меня свалилась опустошённость. Были бы мы на трассе, я бы уже придумала, что делать. А в чужом лесу, да ещё ночью… Стоп. Трасса. По ней же машины ездят в любое время. Далеко уехать мы не могли.
– Открываем окна и слушаем. В тишине звук мотора разносится гулко. Тут главное – правильно определить направление, потому что кажется, что он ревёт отовсюду одновременно.
Вышла, вздохнула весенний воздух. Голова закружилась. Я еле стояла на ногах. По вискам стекали капельки пота. Я ничего не видела перед собой, и если бы не Сеня, то рухнула бы на траву. Он усадил меня обратно на сиденье, разложил его, укутал пледом и дал попить. Стало чуточку легче, но состояние, больше похожее на бред, не отпускало.
– Ты вся горишь, причём температура запредельная, – запаниковал сын.
– Тогда вытащи меня на улицу. Положи на плед и обтирай, сколько будет возможно, – успела я сказать и провалилась в обморок.
Очнулась в палатке. Дети спали рядом, окружив с двух сторон. Под глазами круги. Волосы растрёпаны. В груди защемило от нежности.
– Как вы? Сколько уже я тут валяюсь? Нас не нашли?
Два тельца резко подорвались. Один схватился за мокрую тряпку, другая – за стаканчик с трубочкой и тут же сунула мне её в зубы.
– Всё хорошо, я очнулась, – попыталась убедить их, но, в глазах детей читался такой страх, что я потянулась за стаканчиком и выпила всё, что там было.
– Фух, – выдохнула дочь, ты очнулась?
– Вроде. Сколько времени прошло?
– Двое суток.
– И нас не нашли? – уточнила я, пытаясь прислушаться к организму.
– Во всяком случае, никто не появлялся, – ответил Сеня.
– А ещё мы выяснили, что трасса совсем недалеко, метрах в двухстах, – радостно известила Агата.
– Как ты? – Сеня осматривал меня тревожным взглядом.
– На удивление хорошо. Ничего не болит. Кажется, даже энергии прибавилось. И вижу я как-то лучше, – откинула полог палатки и уставилась на лес.
Птичку, что сидела на дереве, я разглядывала долго и со вкусом. Никогда ещё моё зрение не позволяло так чётко увидеть каждый цвет пёрышка, куда поворачивает головку, что держит в клюве.
– Это потрясающе, – выдохнула я на полном восторге. Лес казался сказочным, живым. Каждый листик шевелился, каждая былинка трепетала.
– Мам, что с тобой? – не унимался сын.
– Ты знаешь, я чувствую себя заново родившейся. Странно болезнь на меня подействовала.
– Есть хочешь? У нас тут немного осталось бутербродов, но надо запасы пополнять, – спросила Агата и полезла шуршать пакетами.
– Хочу, как волк, – шутливо щёлкнула зубами и только потом осознала.
Посмотрела на детей, но они, не обращая внимания, рылись в рюкзаке. А я задумалась: кто же были эти люди? Какие-то они странные. Сжевав автоматически бутерброд и запив водой, стала собираться. Ну, их, думать про них ещё столько буду. Вырвались, и ладно. Только получилось ли?
Машина заурчала как довольный кот. Дети указали направление, и я потихоньку начала выбираться из чащи. Открыла окно, чтобы насладиться воздухом весны, пропитанным пьянящим ароматом свежей зелени. Хотелось улыбаться и танцевать, словно и не было того страшного времени в подвале. Время. А что тогда случилось?
– Мам, смотри, просвет, нам туда, – показала рукой Агата.
Я остановила машину. Неясное, но отчётливое «нет» свербило в голове, а внутренности противились двигаться в указанную сторону. Это что ещё за новости.
– Туда нельзя, там опасность, – выдвинула версию того, что со мной происходило на уровне интуиции.
Дети спорить не стали, только скрепили руки и затихли. А я, повинуясь внутреннему чутью, повернула на чуть заметную тропинку. Дождя давно не было, завязнуть не должны. Молодая поросль кустов обнимала машину со всех сторон, словно не хотела выпускать. Чем ближе к просвету, тем кучнее росли кусты, да и тропинка стала растворяться. Я постоянно боялась напороться на какой-нибудь пенёк или сучок. Пробить колесо, бак или глушитель, означало одно – нам не выбраться. Ехала медленно, вздрагивая от каждого сухого щелчка. Когда до трассы осталось не больше десятка метров, я упёрлась в овраг. Внешне сухой. Он немного углублялся, а затем плавно поднимался к трассе. Сердце радостно забилось. Выбрались! Вот он – долгожданный кусок асфальта. Не решаясь ехать, пыталась осмотреться. Мало ли: овраг с подвохом. Но появившиеся с разных сторон нелюди, не оставили выбора. Их было семеро. Здоровенные мужики в комбинезонах. Они словно выросли из ниоткуда, и именно с той стороны, куда я не захотела ехать. Мы бы попали прямо к ним в лапы. А так, есть шанс. Даже не поняла, что чувствовала, потому что… достали. Крепче сжала ладони на руле, стиснула зубы, на мгновение прикрыв глаза. Ну, уж нет. Так просто не дамся. Их хвосты хлестали по ногам, выдавая раздражение. Хвосты? Нелюди начали меняться на ходу. Их комбинезоны ещё висели на телах, когда всё остальное уже превратилось в незнакомых кошек. Даже на картинках никогда таких не видела. Разглядеть особо не получилось, потому что я вдавила педаль в пол. Заметила только слишком длинные клыки, как у саблезубых тигров на картинках. В ту же секунду людоеды бросились за машиной.