Всё это время мы стояли возле колонки, а старик пялился в окно. Приплюснутый нос с торчащим рядом ружьём производили неизгладимое впечатление. А он ещё и лыбился. Вот же противный.
– Придётся заехать всё-таки на ферму. Может, там разживёмся большей информацией. Если старик прав, то в город нам лучше не соваться, – подытожила я.
Вывернув на дорогу, я облегчённо вздохнула. Вся эта ситуация мне давила на психику. Страх встречи с неизведанным съедал.
– Мам, я не хочу на ферму. Мне страшно, – неожиданно произнесла Агата. Её трясло только от воспоминаний об ужасных созданиях, и слово "ферма" у неё ассоциировалась с ловушкой.
– Мне тоже, но как быть? Ночевать где-то нужно, да и запас продуктов пополнить необходимо. Едут же люди туда, старик сам сказал.
– Мам, но мы же не знаем, зачем они на ферму едут, – снова прошептала Агата.
– Хорошо-хорошо. Не хочешь, не поедем. Тогда куда сейчас?
Неожиданно дорога разделилась. Никаких указателей перед развилкой не было. Проехав немного по одной трассе, вернулась на другую, но и там не нашлось столбов с табличками. Вновь остановилась перед развилкой и пару раз стукнулась о руль лбом.
– Да где же мы? – беспомощно прошептала я, понимая, что добраться до нужного города будет сложно. Очень сложно. Когда я рассматривала карту дома, казалось, всё просто. И почему я её не захватила с собой?
– Что чувствуешь, мам? – спросил сын.
– Ты о чём?
– Ну, тогда в лесу, ты не захотела ехать по направлению к дороге, и мы не попали в засаду. Так что ты чувствуешь сейчас?
Я прислушалась к себе. Обе дороги внушали ужас.
– По ощущениям, лучше остаться тут, впереди мрак, – ответила я.
– Везде одинаково?
– Нет. Одна дорога чуть светлее, но это не значит, что нам туда.
– Ну не назад же нам ехать. Как вспомню тех монстров, волосы на руках шевелятся, – возмутился сын.
– Не факт, что впереди будет лучше. Кто знает, какие твари там обитают. А ещё это рабство. Неужели оно и правда существует? – ответила я.
Про оборотней мы тоже ничего не слышали, а они есть, и очень даже живые: с клыками и жаждой крови. Кого ещё мы можем встретить? С одной стороны, любопытно, с другой – нереально страшно, – дочь принялась рассуждать вслух.
– Выбор без выбора. Без еды мы долго не сможем. В город без подготовки лучше не соваться. Что делать?
– Надо ехать по той дороге, которая не совсем чёрной кажется. А дальше также будем прислушиваться к твоей интуиции. Кстати, мам, а ты не хочешь нам рассказать, как ты время остановила?
– К-какое время?
– Там, в подвале. Или ты просто заморозила людей? Я всё видел как в замедленной съёмке. Только сделать ничего не мог, даже пошевелиться.
Агата смотрела на меня глазами, полными удивления.
– Мам, это правда?
– Я сама не знаю. Разозлилась сильно. Хотела вас спасти. Иногда во время гонок, у меня перед глазами всё расплывалось. Я видела, как медленно едут машины, и успевала стартовать первой. Только не понимала, что делаю. А сейчас ты сказал это вслух, и я вспомнила, как в подвале, испугавшись за ваши жизни, я что-то сделала, но, совершенно неосознанно. Мне было страшно так, как никогда раньше. Я могла вас потерять навсегда. – Чуть не хлюпнула я носом от избытка эмоций. Воспоминания этой ночи не из приятных.
– Значит, время. Теперь нужно вспомнить, как ты это делала. Возможно, это наш шанс доехать до Высокогогорска. У тебя ведь есть план?
– Он был. Только без карты не уверена, что мы сами туда доберёмся.
– У нас нет выбора. Должны, – сказал как отрезал сын.
– Я не помню про время, но это значит, что у нас есть шанс. Будем надеяться, что заморозка будет срабатывать на всех, – обнадёживающе улыбнулась Агата. – Мам, да ты у нас – магиня, оказывается.
– Кто такая магиня?
– Человек, вернее, дама, обладающая магией, – ещё больше расслабилась Агата.
– Но магия ведь есть только в сказках, – нервно воскликнула я.
– Мам, я знаю, просто говорю то, что думаю. Время же ты остановила. Я так понимаю, период заморозки увеличился?
– Наверное. На старте у меня получалось всего пару секунд. А в подвале дело шло на минуты. Пока я выбралась из клетки, пока вытягивала Сеню, освобождала тебя. На всё понадобилось не меньше двух минут. Так что да, период вырос, но я никак не могу поверить, что дело во мне.
– Тогда нужно ехать по той дороге, от которой меньше фонит чернотой. А там уже твой дар в помощь, – сделал выводы Сеня, и я включила поворотник. Да. «Хоть в лесу», – говорил наш преподаватель в школе вождения. Почему-то эти правила въелись на подкорку. Поэтому все движения доводила до автоматизма. Тронулась – включи поворотник.