– Присаживайтесь, – вывел меня из раздумий низкий голос. Сердце дрогнуло, пуская по телу дрожь желания. Мой взгляд переместился на другого брата. Внутренний эстет захлебнулся слюной. Как же он был хорош! Этот брат оделся в красное. Тёмно-бордовая шёлковая рубашка великолепно смотрелась с чёрными брюками, прошитыми красным люрексом. Сквозь длинную расстёгнутую прорезь просвечивались светлые курчавые волоски. Ох, как же мне захотелось запустить туда руку. Но, как же так? Мне не могут нравиться сразу два брата одновременно. Я нахмурилась, пытаясь понять, что со мной происходит. Тряхнула головой, но ко мне тут же подошёл беленький, и я снова упилась чувством прекрасного.
Отодвинутый стул громко скрипнул по полу, заставляя вынырнуть из марева влюблённости. Успела осмотреть зал. Обстановка постоянно размывалась, вызывая желание срочно протрезветь, но я же не пила. Зажжённые свечи в люстрах съедали кислород, и мне неожиданно стало трудно дышать.
– Агата, – попыталась я позвать дочь, но она даже не обернулась. Её рука намертво вцепилась в локоть красненького, и они, гордо задрав подбородки шли к столу. В груди поднялось что-то нехорошее и тёмное. Да как она смеет прикасаться к этому мужчине? Он мой! Ещё б секунда, и я кинулась бы на дочь отдирать её руки от рубашки мужчины.
– Леди, присаживайтесь и давайте всё-таки откушаем, – подтолкнул меня к стулу беленький.
– Хорошо, – я почти прорычала, и дочь ответила мне тем же. Нас рассадили на разные концы длиннющего стола, но я и там прекрасно видела, как Агата прижимается к красненькому.
– Девушки, не ссорьтесь, это на вас так действует атмосфера замка. Он старинный. Слишком много всего пережил, и нам иногда кажется, что он живой, – продолжил монолог красненький, передавая салфетку Агате. Та с невозмутимым видом, словно всегда так делала, грациозно уложила её на колени, и влюблено уставилась на своего спутника.
– Суп из рыбьих голов, – приподняв крышку супницы, начал предлагать нам блюда тёмненький. Я про него уже и забыла, сосредоточившись на бездонных глазах соседа. Выпученные рыбьи – меня не прельстили, и я отказалась от первого. Хозяин тут же начал рекламировать другие. По залу разнёсся потрясающий запах мяса, но меня затошнило. Сама не знаю почему. Что-то было уже связано с мясом нехорошее, но добраться до воспоминаний не получалось. А вот фаршированные баклажаны я восприняла на ура. Овощи ничем плохим для меня не фонили и вызывали аппетит. А ещё на столе было много моей любимой зелени. И я наелась впервые за долгое время. Интересно, а почему я такая голодная? Меня не кормили? Ничего не помню. С тех пор как увидела бездонные глаза красавчика, память подводила. Я внимательно присмотрелась к братьям. Вот непохожи они на тех, кто мучает гостей. Галантные, воспитанные. В целом – образцы идеальных мужчин. Почувствовав сытость, откинулась на спинку стула и расслабилась. Дальше ужин пошёл спокойно. Мы пили вино, Агата – сок. Парни рассказывали что-то смешное, но суть я не улавливала. Желание снова поменяло направление. Мне до одури хотелось касаться беленького. Я положила ладонь на его коленку, и тело окутало знакомым чувством тепла. Как же манят его губы. А этот запах м-м-м. Я незаметно прижалась к нему бедром, чуть подвинув стул. Желание накатывало волнами. Резко захотелось вскочить к нему на колени, запустить пальцы в растрёпанную косу, а губами прижаться к его губам и дышать с ним в унисон. Пришлось сжать кулаки, чтобы не наброситься на беленького прямо сейчас, и от усилий прикусила губу. Капелька крови готовилась сбежать вниз, но неуловимым движением, сосед стёр её подушечкой пальца и отправил её в рот. Глаза закатились от блаженства, а глубокий стон подействовал на всех. Красненький приподнялся со своего места, но Агата вцепилась ему в руку. Чёрненький облизнулся, и в отблеске свечи взгляд выхватил увеличившиеся клыки. Я сглотнула. Это реальность или игра воображения?
– Осторожнее, милая барышня, – чёрненький, усилием воли остался сидеть на месте, только удлинившиеся ногти прорвали белоснежную скатерть, оставив на ней четыре длинные полосы.
– Я наелась, можно мне в свою комнату? – дрожащим голосом попросила я. Галлюцинации меня испугали. Клыки! У тёмного есть клыки. Я уже видела такие у кого-то. Плохо помню, но тогда ничего хорошего не случилось.
На другом конце стола поднялась Агата. Выглядела она уверенно, и я немного успокоилась. Показалось?
– Я бы тоже ушла.