Я замолчала. Сама не ожидала, что воображение нарисует такую красоту.
– Да, – придушенно шикнула Рина, – ты почти гномий банк описала, где видела?
– Не знаю, придумала только что, – легко ответила ей, но картинка в голове упорно дорисовывала стойку администратора, талончики на очередь.
Прикрыла глаза, отгоняя непрошеную фантазию.
– Ты ни разу не была в настоящем банке? – справившись с эмоциями, уточнила Рина.
– Только у мужа. Разве он другой? Да и зачем мне? Всеми финансами управляет Алик. У меня есть бессрочная карта, на которую начисляют зарплату, да и муж постоянно балует. У детей свои счета. Ходить мне туда нет смысла. За наличкой? Так, теперь её днём с огнём не сыщешь. Да и не дадут.
– А когда забегаешь к мужу на работу, видишь клиентов? Может, окна с кассирами? Твоё представление банков совпадает с тем, что ты наблюдаешь в реальности? И, как думаешь, для чего в банке лаборатория? – не унималась Рина.
– Когда я прихожу к Алику, то дальше административного здания и офиса мужа, охрана меня не пускает. По сторонам не смотрю. Да и пользуюсь в основном чёрным ходом. Лаборатория нужна… деньги проверять или карточки изготавливать? Да не знаю я. А с чего столько вопросов? Насколько я помню, вы подписываете документ о неразглашении, – напомнила я, начиная заводиться. Вот не люблю, когда лезут в мою семью.
– Хм, – вскинула резко голову Рина и зло сверкнула глазищами, – если б ты только знала, КАК мы его подписываем. Неожиданно она схватилась за горло, начав задыхаться. Слёзы брызнули из глаз, и девушка придушенно захрипела.
Я испугалась. Бросила взгляд назад и резко припарковалась.
– Ты как? – подала ей влажную салфетку и открыла бутылку с водой.
Паническая атака? Не похоже. Что она хотела сказать? Я ничего не знаю о работе мужа? Да и что может быть страшного в подписании документов?
Через минуту приступ закончился, и Рина задышала спокойно.
– Лучше, – прошептала она, – спасибо.
Девушка благодарно сделала глоток воды.
– Зачем ты всё это говорила?
– Забудь. Но, прими мой совет: копи наличные. Пригодятся. Мало ли придётся неожиданно быстро из города убираться. Документы держи при себе всегда.
– Почему? Моим детям угрожает опасность?
Рина пожала плечами, обозначая конец разговора.
Всю дальнейшую дорогу мы молчали. Я обдумывала странные слова девушки. Всё, совершенно всё её поведение казалось нелогичным.
Дома я заварила чай, добавила туда травяной бальзам, и мы устроились в креслах напротив друг друга. Рина уже не дрожала, только старательно прикрывала глаза всякий раз, когда подносила кружку. Возникло ощущение, что она боится смотреть внутрь. Вообще, с этой девушкой много всего странного. Для практикующего психолога Рина – кладезь интересных реакций... Моё любопытство разгоралось сильнее. Что же такого случилось в её жизни, ведь на новогоднем корпоративе она веселилась как все и о тревожности речи не шло.
Рина в который раз прикрыла глаза, прежде чем сделать глоток. Можно было бы подумать, что она так щурится от удовольствия, но я понимала, что это не так. Её поведение смахивало на фобию, только понять бы ещё какую. Боязнь воды?
– Так что происходит? – задала вопрос, когда увидела, что Рина готова к разговору.
– Я боюсь спать, – тут же выпалила девушка, сцепив руки на кружке. От её голоса, полного отчаяния и надрыва, по спине пронеслась волна мурашек. – Иногда проваливаюсь в дрёму, и сразу же тону в бреду. Почти моментально просыпаюсь. Мне страшно. Я всё время вижу и слышу то, чего нет.
– А поподробнее, что ты видишь? – я постаралась придать голосу максимум спокойствия, чтобы девушка не волновалась, хотя остаться невозмутимой получилось с трудом.
– Это образы людей, – выпалила она и уставилась на меня своими огромными глазищами. На худом, почти измождённом лице пара голубых омутов вопрошали, ожидали и страшились одновременно.
– Много образов? Они меняются?
– Два. Один мужской, другой женский, вернее, детский. И этот детский я вижу чаще всего.
Рина по-прежнему сжимала пальцами кружку. Ещё чуть-чуть и фарфор рассыплется вдребезги. Ровная, как столб, спина, закрытые от напряжения глаза. А ещё губы. Мелко подрагивающие, словно девушка, говорила слова, не желая сама этого.
– Когда ты спала в последний раз?
– Сегодня днём, на работе. Провалилась минут на десять в очередной кошмар. Очнулась, когда меня ударил по щеке коллега. Сказал, что я громко кричала. Звала … – Рина сглотнула. Пауза затягивалась.