– Все готовы? – спросила у семейства, когда встретились возле машины.
– Да, – ответили в унисон двойняшки. Пусть и небольшой перерыв в приключениях детям явно пошёл на пользу. Глаза снова блестели от предвкушения.
Я улыбнулась. Казалось, бы, как можно чему-то радоваться в такие моменты, но мои дети всегда действовали на меня умиротворяющее. Не хочу, чтобы они видели меня в роли мамы-злодейки.
– Тогда поехали. Ты запомнил, где заправочная станция? – спросила у сына, потому что сама на эмоциях всё профукала.
– Ближайшая – сразу за площадью.
– Туда и двигаемся.
С величайшей осторожностью подъехала к бензоколонке. Кепка прикрывала лицо, но нарываться не хотелось. Сын пошёл внутрь расплачиваться. А я занялась заполнением канистр. За поднятым багажником меня почти не видно, да и оделась я в мужской спортивный костюм.
Мимо проехала военная машина, затем ещё одна. Нас вычислили? Возможно, видеозаписи передавались ещё куда-нибудь. Ускориться не получалось. Пистолет под попу не хлопнешь. Поэтому я продолжала стоять на месте, а шум меж тем нарастал. Выезд с заправки перегородила машина законников. Рядом примостилась ещё парочка. Я сначала дёрнулась, а потом увидела, что люди в форме выскочили из машины и смотрели в сторону площади. За нами? Облава? Но, даже если и так, то выехать теперь с заправки получится нескоро. Нужно притаиться. Агата со страхом смотрела в окно, но не выходила. Уже хорошо. Паники в глазах не увидела.
Вот и закончилась передышка. Новые испытания начинаются прямо сейчас.
Со стороны площади послышались крики и шум, будто на город напал Хаос. Бензовоз, что хотел повернуть на заправку, не пустили, отправили дальше, как раз на площадь. Несколько машин сорвались в ту же сторону. Мы уже справились и сидели в салоне, строя планы. А он был один – удирать отсюда и побыстрее.
– Знать бы ещё, что происходит, – нервно разминал руки Сеня.
– Может, сходишь, спросишь, что к чему у кассира? Возможно, есть какая-то общая система оповещения.
– Да, сейчас. У него телевизор работал. Может, и радио есть.
Минут через десять сын вернулся.
– Да, ты была права. Передали по какому-то селектору, что одна женщина смогла снять ошейник и теперь требует свободы всем рабыням.
– И почему её не поймали до сих пор?
– Она забралась на статую Картуна и угрожает покончить с собой.
– Её собираются спасать? – удивилась я. Чего проще для мужчин этого города разрешить ей это сделать.
– Ты не представляешь, что я узнал. Оказывается, нельзя лишать принудительно жизни, причём никого. Это под запретом во всех городах. Вот и местные законники хотят её изолировать или память стереть ещё раз. Так что будут пытаться поймать живой. А про нас молчат.
– Но это не значит, что не ищут. Любой мало-мальски думающий мозг скоро сопоставит наше появление и снятие ошейника у женщин.
– Мам, давай её спасём, – неожиданно попросила Агата.
Мы вдвоём посмотрели на неё, как на полоумную.
– Что? Вы разрешите такой силе воли пропасть? Она хочет свободы женщинам, а это очень ценно! Она же не сбежала из города, когда у неё появилась такая возможность, – начала убеждать нас Агата.
– Там слишком много военных и законников. Нам не пробраться. А даже если проскочим каким-то чудом, то не удерём. Сунемся, и все окажемся в ошейниках и без памяти. Я вот не хочу вас забыть. Я лучше вернусь и ещё раз её освобожу. Сидя в тюрьме точно не смогу ничего провернуть, – выдвинула я свою версию.
– А если сработает эффект неожиданности?
– Может, конечно, но рисковать вами не могу.
– Ты права, – тихо сказала Агата, – я не подумала, но как же хочется ей помочь. Она такая… – в интонации дочери проскочило восхищение.
Можно было поддаться эмоциям и пойти на поводу у желаний, но я на то и мама, чтобы действовать с холодной головой. Только кто же нам даст спокойной жизни? Стоит расслабиться на минуточку, тут же что-то происходит и приходится бежать, спасаться. Вот и сейчас, к нам направлялся один из законников. Чем мы его привлекли? Стояли в сторонке, никого не трогали.
12. Побег, разрушенная статуя и лысые землеройки
Стук в окно костяшкой пальца заставил меня действовать. Я резко включила зажигание. Удивлённый взгляд мужика в форме меня рассмешил. Видимо, его никто давно так не оставлял в дураках. Но через секунду и мне стало не до смеха. Обогнуть машину не составило труда, а вот потом уже увидела, что путь, ведущий от площади, перекрыт, пришлось на месте разворачиваться и мчаться в центр.