– Но, это же наверняка вредно, – ужаснулась я. – Мозг - вещество хлипкое.
– Ты права, поэтому и текучка у нас огромная. Служащие быстрее обычных жителей вспоминают прошлую жизнь.
– Это же произошло и с Риной? Она вспомнила?
– Да. Только сколько бы она не проходила через артефакт, её воспоминания не стирались. Вызывать законников не хотелось. Помнишь того надменного? Он не упустил бы свой шанс мне насолить.
– Поэтому ты позвал меня?
– Да.
– Рина пыталась мне рассказать, но не могла. Её держала клятва. Но от твоего имени её трясло.
– Меня многие боятся. Именно у нас происходит слияние аватара с сознанием, – горько усмехнувшись, продолжал Алик. Я сидела раскрыв рот и слушала. Действительно, серая. Для меня банк – воплощение финансов, а то, что он может быть сокрытием ещё чего-то, даже в голову не приходило. – Закладываются новые воспоминания, а всё, что не касается жизни в этом мире, окутывается дымкой забвения.Именно оттуда и прорываются видения. Таких людей возвращают в лабораторию. Мои сотрудники накладывают ложные воспоминания и аватаров отправляются в другие города, согласно запросам. А ещё, многие думают, что я мог решать, кого лишать памяти, а кого – нет. Кстати, никакой информации про Рину, я так и не нашёл. Не понимаю, куда она делась. А Ину забрали военные. Законники всегда передают дела им, если нужна смена семьи.
– Надеюсь, Рина отправилась домой. А Ину я видела. Она в Кандалынске живёт, в качестве рабыни, вернее, жила. Там случился переворот, и теперь все женщины свободны. Тебя боятся? Думают, что ты можешь разбить семью?
– Про Рину не уверен. Тогда бы аватар нашёлся. Почти все оболочки возвращаются. А что за переворот? Уж не ты ли постаралась? – Алик улыбался, предвкушая историю.
– Ничего особенного: освободила одну девушку, разрушила статую Картуна, приняла силу, посчитала головы землероек, а так ничего не делала.
Алик к концу моего монолога хохотал как ребёнок.
– Ну, ты даёшь. Вот кого надо бояться. По сравнению с тобой, я просто младенец.
Мне же было не смешно. Вот чего-чего, а изображать страшилище, которого опасаются, никогда не хотела.
– Тогда почему тебя боятся? Ты же только исполняешь свои обязанности.
– Знающих людей мало, но идиоты есть и среди них. Распустили слух, что жизнь во многом зависит от меня, не вдаваясь в суть, а люди поверили и стали детей мной пугать.
А я вспомнила, как семиклашка побледнела от одного упоминания имени моего мужа. Нда.
– Ты сильно расстроен, что пришлось всё бросить?
– Нет. Я тебе уже говорил: «Ты в приоритете». Я люблю тебя. Ты в это можешь не верить, но я действительно влюбился ещё до того, как сформировалась твоя новая внешность. Ты знала, что мозг сам создаёт свою оболочку?
– Нет. Откуда? Мы слышали только то, что рассказал охранник в магазине. Ты знал, что она такая же, как и ты?
– Догадался по имени, но мы никогда это не обсуждали. Я тоже их сам выбрал. Их запросы были такими простыми: жить в семье и заново пойти в школу с первого класса. Представляешь? Им не нужны машины, богатые родители, а только внимание и любовь. Это я им и дал. Я полюбил их почти сразу. Жаль, что всё длилось недолго.
– Получается, что я всё испортила? – стало неприятно.
– Нет. Не вини себя. – Алик крепче прижал меня, – так живёт наш мир. Кто-то тайно посещает подпольные казино, кто-то участвует в гонках. Весь город завязан на азарте.
– Только не ты. Почему?
– А мне это не нужно. В том мире я был одинок. А тут я люблю и любим, – муж поцеловал меня в висок.
– Но, за что тогда нас наказывают, если мы всего лишь играем по правилам?
– Не совсем так. Законники выполняют свои обязанности честно. Они даже не догадываются, что это всё игра.
– А ты знаешь, как вернуться в реальность?
– Да. Нужно умереть. Но, законники на местах, а военные по всему миру следят за тем, чтобы люди не умирали. Они перевозят людей в другие города, тасуют семьи, придумывают ложные воспоминания.
– Только мысли им вкладывают какие-то недоделанные, ты не находишь?
– Согласен. Я много раз пытался в этом убедить их командование, но всё безуспешно. Им без разницы. Главное, чтобы люди подольше задерживались в игре.
– А как же вампиры? Они убивают женщин, – возмутилась я.
– Какие вампиры? Никогда не слышал. Ты ведь сейчас не выдумываешь? – Алик заглянул в мои глаза и нахмурился. – Они не должны находиться в этом мире. Тут что-то не так.
– А про оборотней ты тоже не знаешь?
– Таких, как тот медведь, которого ты спасла?
– Нет. Это совершенно…
– Можешь не р-р-ассказывать, я уже тут, – из глубины сада неслышно выступила коренастая фигура в комбинезоне, одетом на голое тело. Оборотень. Отец, в которого я пульнула сигнальной ракетой. Он был потрёпан, множество царапин и шрамов покрывали тело. Обжорка постарался? Где же остальные? Неужели…