Серафина в отчаянии заломила руки.
– Но, синьорина, пожалуйста! – умоляюще пробормотала она. – Поверьте, я рассказываю это лишь потому, что ужасы прошлого все еще преследуют его светлость. У герцога много недостатков, но у кого их нет! Он кажется суровым и неумолимым, но каким еще должен быть человек, ставший мужчиной задолго до срока! Едва ли не с ранней юности он принял на себя обязанности главы семьи. Клянусь Пресвятой Девой, ни я, ни другие слуги еще не видели его таким.
Обычно невозмутимая, Серафина сейчас в волнении металась по комнате и, пресекая попытки Сары возразить, нетерпеливо взмахнула рукой:
– Я уже сказала, что он в жизни не привозил сюда ни одну женщину… По его лицу никогда не поймешь, о чем он думает! Не выказывает ни радости, ни гнева. И дворец он не любил и старался не оставаться в нем надолго. Но с того дня, как привез вас сюда… его словно подменили! Никак не угадаешь, что на него найдет! А уж если разозлится – даже камердинер, который служит ему больше пятнадцати лет, только головой качает. И он… его светлость, забросил все дела, которые так много для него значили раньше, чтобы проводить с вами больше времени. Да-да, синьорина, именно так! Прошу, не уезжайте, пусть даже вы сейчас поругались. Ведь обычно ссорятся те, кто неравнодушен друг к другу, верно?
Ну и ну! Как справиться с этим неожиданным потоком слов, к которому Сара не была готова! Однако нельзя же вечно прятаться за полотенцем!
Пришлось сдаться. Сара со вздохом выпрямилась и увидела, что Серафина уже держит наготове шелковый халатик.
– Спасибо, – машинально пробормотала девушка, не в силах разобраться в обрушившемся на нее шквале эмоций, особенно сейчас, под бдительным оком экономки.
– Синьорина хочет чего-нибудь прохладительного? Минеральной воды или вина? А потом неплохо бы отдохнуть. Я прослежу, чтобы синьорину не беспокоили, и сама принесу наверх поднос с ужином. Все, что пожелаете.
Какое-то непонятное упрямство, потребность сделать назло и странные смятенные мысли заставили Сару испытующе спросить:
– А если мне ничего не надо, кроме свободы… хотя бы призрачной – нескольких часов, проведенных в седле, пока солнце еще не село? Или для разнообразия поужинать в столовой, оказаться в любом месте, кроме этих комнат, ставших моей тюрьмой? Как насчет этого? И какие приказания он отдал, прежде чем умчаться на вертолете, который может доставить его куда угодно, в то время как я… я только что не прикована к стене?
Она словно старалась во что бы то ни стало подогреть праведный гнев, чтобы оставаться непреклонной и доказать самой себе, насколько объективна ее точка зрения. Человек, о котором они говорили, был опасным, беспринципным и бессовестным тираном – и трудное детство здесь ни при чем! Нет, для его жестокого обращения с ней нечего искать извинений, пусть даже он принимает ее за другую. Ей следует держаться этого мнения и ни за что не сворачивать с пути истинного!
– Сейчас принесу вам бокал вина, синьорина. Отдохните немного, пока жара не спала. Герцог скоро вернется, я просто уверена в этом, и тогда… тогда все будет по-другому!
Все еще вызывающе хмурясь, Сара поглядела вслед поспешно удалявшейся Серафине. Старая интриганка! Высказала все, что намеревалась, посеяла семена сомнения и теперь удирает, чтобы не вступать в спор и ничего больше не доказывать!
Ну что ж, мы еще посмотрим. Одалиска. Сераль… да кем он себя воображает, султаном?! Жестокое, распутное, аморальное чудовище! И уж конечно, не способен ни на какие чувства, которые Серафина в своей слепой преданности приписывает ему. Да этот тип вечно добивается исполнения любого своего каприза и требует от женщин одного – чтобы те падали к его ногам, выпрашивая жалкие крохи ласк и внимания, получая взамен золотые цепочки и ножные браслеты рабынь. Причем надеваемые силой, по крайней мере в ее случае. Ну и черт с ним! Первое, что она сделает, обретя свободу, избавится от этой дряни, даже если придется их распилить, и вернет ему с короткой, но достаточно исчерпывающей запиской.
Сара рассеянно взяла у экономки запотевший бокал с вином, ее любимым «Пулиньи-монтраше», к которому та подала крекеры с кунжутом и несколько сортов сыра. При этом она неодобрительно ворчала, что синьорина еще не завтракала и сильно похудела. Надо побольше есть, а вино к тому же полезно для здоровья, так что не мешает выпить второй бокал.