Анжела вскочила, распахнула дверцы старого, бабушкиного еще, шифоньера. Нащупала, выдернула из груды тряпья любимую блузку и, уткнувшись в неё лицом, заплакала.Из комнаты бодро звучал музыкальный призыв телесериала.
... Утром мать разбудила ее:
- Я этого человека пока в столовую проводила. Не понимает он по-русски. Вид очень важный. Анжелу Градову спрашивает. Ты уж приоденься, дочка, и выйди. Нехорошо в кровати при чужих валяться.
- Ну вот, друзья, мой дом. - Открыв дистанционным пультом ворота, Пламен загнал автомобиль во двор и помог Ларе выйти.
- Здорово! Ты с цветами сам возишься?
- Никто здесь с ними не возится. Выкошу газон и все дела. Розы сами везде вьются, горшки со свежими бегониями моя домоправительница покупает. Хочет дом в порядке поддержать, как при Кларе было... А моя берлога наверху. И мастерская. и кабинет, и вообще... Холостяцкое место обитания.
Сидней одобрил:
- Забавная конструкция, с заморочками. И не пойму, на что похоже.
- На все сразу. Человек жаден - хочет и средневековый замок, и мавританский дворец, и викторианский особняк в "одном флаконе" иметь.
- Похоже на "дом Кшесинской", только плюс нечто авангардистское.
- Мы его купили у одного шизанутого поэта. Он все это и придумал. Осмотрели? Прошу оценить интерьер, а главное - содержание холодильника. Впрочем, нет! Подождите в гостиной, я принесу горячую пиццу... - Засуетился Пламен, порадовавшись, что синьора Рузани успела прибрть комнаты.
- Может, сходим в кафе? - предложила Лара.
- Вы мои гости! Я же специально притащил вас сюда, чтобы показать, как живу, похвастаться. - Он вытащил из бара бутылки. - Здесь полный набор.
- Лучше кофе покрепче. Сегодня, полагаю, все не выспались. К тому же, мне скоро на самолет. - Сказала Лара,оглядывая жилище Пламена.
- Я тоже лечу домой. - Сид все ещё пребывал в задумчивости.
Пламен развел руками:
- Не получился значит банкет... Но хоть фото на память можно пощелкать?
- Нужно. Потом пришлешь мне в Москву. Буду Машке показывать и Кате. Это моя подруга. А ещё родителям. Они давно рвались с тобой познакомиться. - Лара усиленно наигрывала бодрость. На самом деле, чем ближе они подъезжали к Милану, тем сильнее охватывало её смятение. А уж в доме Пламена стало вовсе тяжело и муторно.
Это оказался странный дом, узнаваемый. Словно прожила в нем долгую жизнь, потом покинула, а теперь вернулась, в растерянности узнавая старых друзей - вазы, книги, статуэтки, кресла с такой знакомой, любимой обивкой. Если немного призадуматься, наверняка вспомнишь, где и когда каждая вещица куплена. Вон тот латунный подсвечник на крученой толстой ноге - они вместе откопали на "блошином рынке", а китайскую вазу подарили к юбилею друзья...
Воспользовавшись моментом, Пламен щелкал приумолкших гостей.
- А теперь - коллективное фото. - Поставив камеру на автомат, Пламен подсел на диван к Сиду и Ларе. Они переглянулись, вспомнив, как делали автоматом "свадебные" снимки на крымском пляже - с развевающейся "фатой" за плечами Лары. Вспыхнула очередь блицев.
- Отлично... - Пламен поднялся. - Не стану навязывать вам свою компанию. Прошу внимания всего лишь на пять минут. Попрошу проследовать за мной. - Сид и Лара пошли вслед за хозяином через комнаты к деревянной лестнице. - В мансарду, друзья. Хочу показать вам свою коллекцию.
- Полагаю, для твоих снимков не хватило бы и огромного выставочного зала, - заметила Лара.
- Еще бы - в них весь мой труд, все, что сделано этими руками, башкой... Ну, не знаю, чем еще... Злодеи завистники говорили, что когда я работаю с обнаженной натурой, то, очевидно, снимаю причинным местом. Слишком чувственно. Может, это комплимент, а? Слишком в этом деле не бывает... Вот, мы на месте. - Он распахнул дверь в небольшой чулан без окон, сплошь заставленный стеллажами. На стеллажах - коробки, рулоны бумаги, чертежные папки, части мольберта и прочий хлам. Комнату освещала висящая под потолком матовая лампочка. - Так вот, господа присяжные заседатели, прошу о снисхождении в связи с чистосердечным признанием... Лара, мне не очень хотелось бы показывать тебе эту комнату, но сегодня утром Сидней Кларк рассказал, насколько это важно... А может, я ищу оправдание своей маленькой странности... Прошу присесть... - Пламен сдернул со стены рабочий халат и стер им пыль со скамьи, похоже, притащенной сюда из сада.
- Так вот... Пламен Бончев был забавным малым. Еще ребенком он решил, что непременно прославится. А для этого должен снимать знаменитостей. Но ведь знаменитостями не рождаются, чаще всего. И он задал себе вопрос: а кто же из попавших в твой объектив девочек станет звездами? И начал собирать досье. - Пламен достал картонный ящик и извлек из него крошечную фетровую шляпку. - Эта вещица принадлежала некой старлеточке, снимавшейся у меня для календарей. Она стала самой популярной актрисой на Бродвее в... Нет, я не вправе разглашать секреты сегодняшних супер-звезд... В общем, я подхватывал детали туалета моих клиенток, в надежде, что когда-нибудь сделаю оригинальный музей. - Он открыл коробку, вроде таких, в которых продают туфли в дорогих магазинах, зашуршал тонкой бумагой. - Это кассеты с пленками. Читаю: Крым, 1972 год. Снежина, Лара, "шейх"... Ха! Ведь я собирал компромат на Мухаммеда. Могу доставить ему сегодня массу неприятностей.
- Он уже их имеет, - вставил Сид. - Потерял любимую жену и дось.
- Ну, а эта вещица знакома вам, дорогая синьора?
Лара взяла черный гипюровый бюстгальтер.
- Он! Я же не могла потерять...
- Ты забыла его в моей комнате, после того, как в слезах убежала. Это было наше последнее свидание... Бог знает, как дорожил я этим кусочком кружев...Извините. мистер Кларк, за интимные подробности.
Лара достала из атласной подкладки черный пакетик и передала Сиду:
- Это?
- О, черт! Неужели она? - Глаза Сида восторженно блеснули. Понимаете, Лара, я рассказал Пламену, зачем разыскивал вас. И церемонию перепрятывания пленки, и как вы спрятали её в своем белье. Он все выспрашивал: "Ну? ну? ну?" А потом долго хохотал. И сказал: "Не отвертитесь, я забираю вас в гости. Тебя и синьору Решетову"... И, верите, мне показалось, что... Вы, Пламен, слегка того... Ну, с тараканами в голове.
- А мне сдается - тронутый здесь ты, парень... На кой черт тебе пленка, провалявшаяся на чердаке четверть века? Вы с Гудвином немного... вобщем, немного на этом кладе сдвинулись. Он ведь так и не видел этого пакета?
- Нет.
- О'кей! Пойдемте в лабораторию, глянем, какого черта я прятал в табакерке.
В пакете оказался тюбик, в тюбике - микропленка. Вставив её в увеличитель, Пламен поставил кадр на экран.
- Здесь что-то по-русски. Похоже на протокол.
- Это и есть протокол. - Лара подошла поближе. - Видите, гриф? "Секретный архив ОГПУ". - Была такая организация в первые годы советской власти, типа КГБ, что ли. - Она пробежала глазами текст. - Речь идет о затонувшем в Балаклавской бухте английского судна "Принц", на борту которого находились золотые слитки. Описывается, какие ученые были привлечены к созданию глубоководного аппарата... Так... Что же дальше? Пламен передвинул кадр. - Описание работ, типа дневника, когда, на какую глубину... Дальше... Вот! Обнаружен корпус и, как они пишут, "объект 3-15"... Не понимаю... Текст послания в правительство с выводами: "Поиски прекращены в связи с отсутствием искомого предмета". Предполагают, что англичане сами давно извлекли свое сокровище, но промолчали.
- Да! Арчи говорил, что группа товарищей из этой государственной конторы сговорилась втихаря перепрятать слитки до лучших времен. А потом извлечь для личного пользования. Думаю, они полагали, что СССР долго не продержится.
- Ага! - Обрадовался Пламен, переменив кадр. - Карта! Плохонькая, но все отлично видно. Подводный грот, в нем пещера, а в пещерке крестик "объект 3-15".