Новогодние каникулы незаметно подошли к концу. Света и Кирилл в последний вечер перед отъездом сидели в кабинке Колеса обозрения на высоте двадцатиэтажного дома. Москва вся как на ладони сверкала внизу россыпью огней. У Светланы от высоты дух захватывало, но страха не было. Кирилл чувствовал себя не так уверенно, но старался не думать о высоте и не смотрел вниз.
Кирилл был подавлен. Сегодня утром его мать увезла Светлану под предлогом составить ей компанию в шопинге, а у него с отцом снова состоялся неприятный разговор о будущем. Отец, похоже, смирился, что Кира теперь вместе со Светой и это не простое увлечение. Кирилл поначалу очень обрадовался этому, но теперь отец получил новый рычаг давления на сына.
- Если ты хочешь сохранить ваши отношения, - говорил отец, - то должен дать ей возможность реализоваться. Она хочет стать певицей? Прекрасно. Знаешь, сколько стоит по-настоящему хорошая студия звукозаписи? А аппаратура, съемки, реклама, в конце концов…Шоу-бизнес требует постоянных вложений. Если у тебя не будет таких возможностей, рано или поздно, она найдет их на стороне.
Лев помолчал немного, словно принимая у себя в голове некое решение.
- Я предлагаю тебе сделку. Ты едешь с нами и получаешь должное образование, пока твоя Света учится, ну скажем, в Гнесинке. Я все устрою.
- Пап, Света очень талантлива, она не нуждается в протекции. К тому же, Света вряд ли согласится на такие условия, - пытался возразить Кира.
- Ну и молодежь пошла! Им образование прямо на блюдечке подносят, а они носы воротят, неблагодарные, - воскликнул отец. – Тебе скоро восемнадцать, пора уже брать ответственность за свою жизнь. И раз уж ты решил разделить ее с ней, то и за нее тоже. Я в твоем возрасте уже начал реализовывать свой потенциал и, если бы пустил все на самотек, не было бы никакой империи Давыдовых, этого дома и всего того, к чему вы с мамой привыкли! Наша фамилия сейчас открывает практически все двери. Уважай то, чего я достиг, и поддерживай, если хочешь, чтобы твоя семья в будущем ни в чем не нуждалась. Но для этого нужно получить необходимое образование, сын. Ради этого можно и потерпеть немного. Заодно и проверите на прочность свои отношения.
- Ты серьезно? Я не хочу проверять их на прочность! – вскричал Кирилл. – Я хочу жить здесь и сейчас, а не в будущем, которое может и не наступить!
Но теперь, когда Кирилл немного остыл после этого разговора, он уже не был уверен, что прав. Нет, не так. Он, конечно, был прав, ни один нормальный подросток в его возрасте не хочет думать о будущем, но он был не обычным подростком, он был наследником империи Давыдофф. В словах отца была своя правда. Правда, которую Кирилл не хотел принимать, но от которой ему, скорее всего, не убежать. Отец советовал рассказать все Светке и, если она умная девушка, то все поймет и не станет устраивать драмы. Только как сказать, что ты должен оставить ее, уехать из страны, чтобы получить хорошее образование для совместного будущего. Он задумался, как бы он сам отреагировал на такое заявление. Да послал бы, скорее всего. Кому нужно это будущее, когда тебе всего семнадцать.
Их кабинка медленно перевалила пиковую высоту и начала спуск на обетованную землю. Они сидели в обнимку и молча любовались закатом над Москвой.
- Жаль, что каникулы кончились, да? – сказала Света.
- Да.
- Интересно, как там ребята? Чем занимаются?
Кирилл промолчал. Он ни разу не вспомнил о Дене за все время их пребывания здесь. И это было здорово. Они так и не смогли с ним подружиться, но у них сформировался прочный нейтралитет, и это устраивало обоих.
- ты сегодня какой-то притихший, - обеспокоенно проговорила она. – О чем думаешь?
- да так, не о чем, - пожал плечами Кира.
- Снова прощаешься с домом? Но ведь это ненадолго. Через полгода ты сюда вернешься и все станет так как прежде.
Света крепче обвила его руками под курткой и прижалась к груди. Его сердце стучало глухо и неровно. Кирилл молча смотрел вдаль на опускающееся солнце.
- У тебя так сердце стучит… - Света посмотрела на мальчика. – Что-то случилась?
Кирилл улыбнулся и спросил
- Моя мать, наверное, тебя по всем бутикам протащила?
- О покупках поговорим? – выгнула она одну бровь.
Кирилл промолчал. Он не знал, что сказать, а вернее знал, но не хотел говорить об этом.