Рация снова затрещала. На том конце что-то говорили, но Кирилл уже не смог ничего разобрать. Он решил на время отключиться, чтобы не тратить батарейки.
Он снова привалился к холодной стене и взял Свету на руки. Убрал мокрые волосы от лица. Прикоснулся губами к ее лбу. Она была горячей, значит термоткань ее согревала. Возможно, у нее поднялась температура, но, наверное, это не так уж и плохо, значит организм борется.
- Света, - прошептал он, - очнись, девочка моя.
Он прижимал ее как маленького ребенка, слегка покачиваясь из стороны в сторону, словно баюкая. Когда он почувствовал, что сам вот-вот отключится, она вдруг открыла глаза.
- Ты мне снишься? – хрипло и тихо проговорила она. Голос был слаб, но глаза смотрели осознанно.
Кирилл облегченно выдохнул и улыбнулся. От радости он прижал ее крепко к себе и она застонала от боли.
- Сейчас, - спохватился он, - сейчас тебе будет лучше.
Он вытащил красный шприц и зубами сорвал упаковку и наконечник с иглы. Отогнул края термоткани, обнажив левое плечо. Света захныкала как маленькая, когда игла вошла в мышцу.
- Потерпи, светик, - бормотал он, распаковывая желтый шприц. – Только не отключайся.
Когда со вторым уколом было покончено, он отшвырнул использованные шприцы в сторону. Снова закутал ее в термоодеяло. Сам он почувствовал, что замерз, но старался не обращать на это внимания. Он привалился затылком в шершавой стене и закрыл глаза.
- Кира, - позвала она.
- У, - отозвался Кирилл, на большее уже не было сил.
- Это она?
- Что? – тихо спросил он в полудреме.
- Пещера с сокровищами?
- Угу.
Кирилл вырубился. Света видела, что он уснул и не стала ничего больше спрашивать, тем более, что у нее самой не было сил на разговоры. Боль немного отступила. Чувствуя себя защищенной на его руках, Света тоже закрыла глаза и уснула.
16. Лабиринт
Ден уже битый час метался как раненый зверь по пляжу. Он уже давно позвонил матери, сообщил ей о случившемся со Светкой. Полина примчалась сразу же, как только узнала и предложила свою помощь как медик. Матери Светланы решили пока не сообщать ничего, она в рейсе и ничего изменить не сможет, а вот с ума сойти от беспокойства точно сумеет. Маргариту отправили домой с девушкой психологом. Оставалась одна проблема, никто из них не знал, как связаться с бабушкой Кирилла. Рация Кирилла тоже пока молчала.
Поднялся сильный ветер. Море было очень неспокойно. Нырять за ребятами в таких условиях было очень опасно. Решили ждать до утра, в надежде, что девушка получила первую необходимую помощь и сможет выдержать еще несколько часов. Поговорив с Кириллом, спасатели поняли, что парень в норме, хоть и устал очень.
- Нужны диггеры, - повторил бородач. – Пусть ищут вход с другой стороны.
- Надо связаться с парнями-копателями из исторического сообщества. У них, кстати, есть карты военных лет.
- Попытайтесь еще раз связаться с парнем! – крикнул кто-то.
***
Кирилл очнулся оттого, что у него онемела спина. Он пошевелил заледеневшими мышцами. Свет от фонаря горел слабо и подрагивал, явный признак, что садятся батарейки.
- Черт, - выругался он и не узнал свой голос. Он звучал, как у столетнего деда хрипло и обессилено.
Нужно было выключить фонарик, подумал он. Кирилл посмотрел на Свету, она спала. Осторожно переложив ее на холодный камень, он поднялся на ноги и немного размял мышцы. Оглянулся. Вода поднялась до второй ступени. Скверно. Надо что-то делать, сидеть здесь дальше и ждать помощи плохой вариант, как впрочем и идти в черноту катакомб с гаснущим фонариком тоже.
Второй фонарик все еще лежал в сумке. Кирилл щелкнул выключателем. Фуух, работает. Он включил рацию.
- Прием, прием, это Кирилл! – послышались сухие щелчки и свист. На том конце, наконец, откликнулись.
«Кирилл! Ну, наконец-то, что случилось?»
- Ничего, здесь просто плохо ловит сигнал. Я решил, что надо поберечь батареи. Сколько прошло времени?
«Понял. Прошло около часа. Как девочка?»
- Света спит. Я сделал ей два укола, как вы сказали.
«Молодец, Кирилл. Тебе бы к нам, в спасатели!» - усмехнулись на том конце. - «Крепкие у тебя нервы».