- Ты что, зашел ко мне в комнату и подглядывал? – она тоже едва сдерживала улыбку, но до последнего пыталась изобразить возмущение.
- Я тебя звал, - начал оправдываться он, - кричал даже, но ты не отзывалась. И вообще…
- Что вообще?
- Я тебя спас, между прочим! Могла бы и спасибо сказать!
- Что? И отчего же ты меня спасал?
- Как это отчего, а вдруг бы ты утонула во сне. Знаешь, такие случаи бывали.
Света не нашлась, что возразить. Вообще-то, она тоже слышала о таких случаях. Так что, по всему выходит, что он снова спас ее. Она представила, как он вытаскивает ее из ванны, голую, всю в пене, и смутилась. Чтобы как-то это скрыть, она начала помогать ему распутывать огоньки, но только еще больше их запутала.
- Ты покраснела, - сказал он через минуту, снова ухмыляясь.
- Пойду, лучше Дусе помогу, - пробормотала она и бросила гирлянду в коробку. Кира придержал ее за локоть.
- Свет, - сказал он тихо и уже серьезно. – Мы так давно не были с тобой…ну, ты понимаешь. Я уже с ума схожу. Я сегодня чуть не остался там с тобой в твоей комнате.
Света медленно повернулась к нему и заглянула в глаза.
- Понимаю.
Кира погладил ее по щеке. Она слегка задрожала. Она испытывала то же самое. Ей становилось все труднее сохранять самообладание рядом с ним. Когда он до нее дотрагивался, ее тело начинало плавиться словно воск.
- Покажи мне дом, - ляпнула она, чтобы как-то вырваться из его синего плена.
Кирилл усмехнулся.
- Конечно.
Дело близилось к восьми вечера. Кирилл показал Светлане бассейн в цоколе и спортивный зал с тренажерами. Они заглянули в просторную кухню к Дусе и поболтали немного с ней о еде. Света ужасно проголодалась, ведь она за весь день почти ничего не съела, если не считать бутерброда с сыром и пару глотков кофе. Евдокия налила девочке чай с лимоном и заставила проглотить огромный сэндвич с ветчиной и помидорами.
Лев Владиленович вернулся домой ровно в восемь. Снова Свете пришлось пройти через процедуру знакомства, изучающего осмотра, только теперь более пристального, и приветствия. Отец Кирилла был также скуп на эмоции, как и его мать. Он потрепал сына по макушке, похлопал по-братски по спине и удалился к себе, заявив, что через час начнется праздничный ужин.
Света причесалась, надела легкое шелковое синее платье и босоножки на каблуке. Ей почему-то очень захотелось произвести впечатление на отца Кирилла. За ужином она заметно волновалась, постоянно думала о своей осанке – Элеонора сидела за столом словно принцесса Диана – и о том, ту ли вилку она взяла для очередного блюда. И только когда Кирилл под столом положил ей руку на колено и улыбнулся, глядя ей в глаза, она немного расслабилась и успокоилась. Им даже разрешили на выбор выпить красного вина или шампанского.
Когда с основными блюдами было покончено, и они обсудили погоду, учебу и Арину Андреевну, Дуся принесла десерт – великолепный банановый пудинг с тончайшими слоями песочного теста. Лев Владиленович, откинувшись на спинку своего стула, спросил, обращаясь только к Светлане.
- Чем вы планируете заниматься, Света? Я имею ввиду, после окончания школы.
Света снова смутилась. Ее порозовевшие от вина щеки вспыхнули. Но она постаралась собрать всю свою смелость и посмотреть прямо на хозяина дома.
- Я бы хотела писать песни и исполнять их сама. Я еще не думала, но возможно буду поступать здесь в какой-нибудь интститут культуры.
Лев понимающе закивал головой.
- Кирилл говорил, что вы хорошо поете. Так вы мечтаете о сцене? Что ж, не буду скрывать, что считаю эту профессию не серьезной, но возможно вы меня переубедите. Эля, где у нас микрофон для караоке?
- Пап, - Кирилл заметно напрягся. Он вдруг испугался, что отец сейчас все испортит своим цинизмом и прямолинейностью.
Светлана тоже поняла, что отец Киры собирается устроить ей проверку на вшивость, но почему-то, ее это вовсе не испугало. Наоборот, Света улыбнулась и весело спросила.
- Какой жанр предпочитаете?
- А что вы обычно поете?