Когда же посетительница покинула дом, хромоножка повернулась к сидящему нетерпеливому генералу.
— А, вы уже здесь, генерал Бонапарт! — воскликнула она. — А ваш брак почти свершён, и вам предстоит скорая встреча с вашей будущей супругой. Ну, проходите же, я обязательно уделю внимание будущему императору Франции.
Когда генерал с предсказательницей скрылся в полутёмной комнате, Костюшко подумал: «Какая-то сумасшедшая. Всем предрекает будущее среди императорской семьи. А не вернуться ли мне домой...» Но он не успел совершить задуманное, так как двери в таинственную комнату вновь открылись, и генерал быстрым, почти строевым шагом покинул приёмную, даже не оглянувшись.
— Теперь ваша очередь, — сообщила служанка госпожи Ленорман. — Проходите, — добавила она, и Костюшко повторил недавний путь генерала.
Войдя в затемнённое помещение, он увидел уже знакомую ему женщину, но только в этот раз она сидела за большим столом, на котором были разбросаны веером игральные карты со странными и непонятными изображениями. На углу стола стоял большой канделябр с пятью горящими свечами, а перед хозяйкой салона лежал большой стеклянный шар с каким-то странным внутренним сиреневым свечением.
— Что вы хотите услышать от меня? — начала гадалка свои предсказания со странного вопроса. — Этот генерал даже не дослушал меня о своей судьбе, а зря... — с огорчением добавила она уставшим грудным голосом, выходящим откуда-то из глубины её небольшого тела. При этом она кивнула головой на дверь, за которой пару минут назад скрылся последний посетитель.
— Будущее, мадам, — ответил ей коротко Костюшко, присаживаясь напротив гадалки в глубокое кресло. — Моё будущее и будущее моей родины...
— Мадемуазель, — поправила его хозяйка салона. — А будущего у вас не будет после того, как вы лишитесь навсегда родины. И это свершится в ближайшее время.
— Я скоро умру? — спросил Костюшко, вдруг проникшись доверием к Ленорман.
Но прорицательница отрицательно покачала головой. Она погладила рукой стеклянный шар и взяла в руки новую колоду карт. Через минуту, разложив на столе несколько картинок, она подняла на Костюшко свои глаза и произнесла:
— Вы проживёте довольно долгую для военного человека жизнь, но родины у вас больше никогда не будет.
Костюшко вышел из салона со странным чувством досады, что ему чего-то не рассказали, что он не услышал главного и важного для него. Но понять до конца и разобраться в своих противоречивых чувствах Тадеуш так и не смог. Видимо, все они одинаковы, эти прорицательницы: наговорят, заинтригуют, а до конца правды всё равно никогда и не скажут. Ведь судьбу человека решают не они.
XVI
один из вечеров 1793 года к неприметному одноэтажному, но просторному дому в Лейпциге подъезжали повозки, из которых выходили и скрывались внутри дома какие-то серьёзные мужчины. При этом они как-то неестественно оглядывались по сторонам, словно высматривали кого-то или, наоборот, опасались, что кто-либо следит за ними.
В просторной большой гостиной с высоким потолком и зашторенными наглухо окнами ярко горели свечи, а посреди комнаты за круглым столом сидели несколько человек. Они тихо о чём-то переговаривались между собой, и на первый взгляд создавалось впечатление, что все присутствующие кого-то ожидают. Генералы Бышевский и Граховский молча стояли у окна, а за столом Гуго Колонтай о чём-то беседовал с. Якубом Ясинским. Остальные участники этого собрания расположились рядом с ними или в соседних комнатах.
Но вот в дверь постучали, и Бышевский поспешил навстречу новому гостю. Буквально через минуту в его сопровождении в комнату вошёл Тадеуш Костюшко. Он подошёл к каждому из присутствующих, чтобы только поздороваться, так как представляться ему не было необходимости. Всем, кто находился в доме, этот гость был хорошо известен, и они с удовольствием обменялись с ним рукопожатием.
Генералы Ясинский, Домбровский и другие бывшие офицеры польской армии, которые после кампании 1792 года подали в отставку и разъехались по европейским странам, прибыли сюда с надеждой вернуться на родину, но уже как освободители. Все они являлись членами патриотического общества «Союз», задачей которого была подготовка всепольского восстания. В душах этих людей бушевал огонь революции, а целью они ставили возрождение независимости своей родины. Именно эти люди стали главными связующими звеньями, которые объединяли патриотов Речи Посполитой с организаторами центра по подготовке восстания против трёх оккупантов их страны: России, Австрии и Пруссии.