Квазар
Она дождалась, когда в замке стихнет жизнь и осторожно покинула комнату. Стараясь не привлекать к себе внимания, женщина спустилась вниз — туда, где были расположены камеры с пленными даринийцами. После нападения на замок их осталось не много и все они содержались в нескольких камерах, окруженных защитным полем. Все, кроме одного. Ее цели.
Ей не составило труда обойти защиту и проникнуть внутрь. Вид скованного, беззащитного Повелителя вызвал легкую улыбку на лице.
Почувствовав, что он не один. Тирэн тяжело поднял измученное лицо. При виде гостьи горькая улыбка пробежала по его губам.
— Я тебя ждал раньше, — хрипло сказал он. Гостья, по-прежнему храня молчание, преодолела разделявшее их расстояние, и небрежно провела рукой по сковывающем Повелителя цепям.
— Я не могла прийти. Это вызвало бы ненужные вопросы, а мне совершено не хотелось на них отвечать, — женщина вдохнула сырой затхлый воздух камеры, — но теперь я здесь, и наконец-то смогу осуществить давнюю мечту — убить тебя. Но сначала…
— Ты не настолько неуязвима, как тебе кажется, — спокойно сказал Тирэн.
— Посмотрим, что ты скажешь, когда будешь молить меня о скорой смерти, — янтарные глаза женщины хищно блеснули в полумраке камеры, огненная копна волос почти касалась лица Повелителя и он не смог подавить желание вдохнуть их аромат, не заглушаемый даже затхлостью тюремного воздуха.
— Не думаю, что ты сможешь довести это до конца, — заметил он.
— Ошибаешься! У нас впереди вся ночь, — женщина прочертила длинным острым ногтем кровавую полосу на теле Тирэна, — я буду отрезать у тебя по тоненькой полоске, очень медленно, чтобы ты почувствовал, как твое тело охватывает боль, как оно сопротивляется, не успевая излечить себя. Я разрежу тебя на кусочки, оставлю только лицо. До последнего мгновения хочу видеть, как ты страдаешь, бьешься в мучительных объятиях боли, сознавая, что погибаешь от руки той, кого…
— Заткнись, — холодный голос Повелителя прервал затянувшийся монолог, — и не думай, что победила.
— Неужели ты на что-то надеешься? — издевательски рассмеялась женщина, и размахнулась, — когда я стану по капле выпивать твою силу, думай о той, ради кого ты сделал величайшую глупость.
На несколько секунд я замерла, ослепленная ярким светом. Нельзя было ничего рассмотреть, однако я чувствовала, что уже не одна. Тихий неразборчивый шепот врывался в мои мысли, сбивая с толку. Зажмурившись, я медленно стала приоткрывать глаза, надеясь рассмотреть хоть что-нибудь.
— Значит, ты пришла? — уже знакомый голос заглушил все остальные, заставив невольно поежиться. Я узнала его, этот голос из прошлого, который никак не мог существовать отдельно от тела.
— Советник Клайвер? — я уставилась прямо перед собой, уловив взглядом промелькнувшую сбоку тень.
— Убитый благодаря тебе, — подхватил он, внезапно представ передо мной во всем своем мертвом великолепии. Я слышала, что с ним сделал Тирэн, вот только не предполагала, что он может убивать так… живописно. Похоже, чтобы побеседовать со мной бедолаге пришлось сшивать себя из лоскутков.
— Не стоит приписывать мне чужие заслуги, — постаралась возразить я, натыкаясь взглядом на вторую фигуру, возникшую из неоткуда.
— Моя смерть только твоя заслуга, — Череп, неудачливый сотрудник не совсем легальной Организации. Тебя-то как сюда занесло?
— Ты один? Без дружка? — я не стала осматриваться вокруг, уже предполагая что могу увидеть. Интересно, кто мог додуматься до такого? Неужели они считают, что смогут вывести меня из себя, показав пару негодяев, неудачно для них встретившихся мне на пути?
— Нас много, — голоса я не узнала, но шепот стал громче. Я могла уже разобрать слова, — мы ждали, когда ты к нам придешь. Хотели видеть тебя. Теперь ты с нами. Ты наша!
Голоса и лица постепенно превращались в нескончаемый поток, грозящий меня захлестнуть. Размытые, едва узнаваемые образы прошлого, спрятанные в тайных глубинах моей души норовили выйти на свободу, погребя под грузом прошлого.
Сожженный храм, пылающая деревня, люди, горящие заживо, тошнотворный запах, преследующий меня долгие месяцы, Инквизитор Квазара, с проломленной головой, застывшие глаза которого смотрят прямо на меня. Гастур, своей смертью открывший мне собственные возможности, Владыка Грэгор, так до конца и не понявший, что за оружие принесло ему смерть. Велим, скорее жертва, хотя и виновник многих бед. Десятки, сотни людей, разных рас. Они скользили перед моими глазами, большинство из них я не могла узнать. Всех их объединила смерть, принесенная мной. Эта безумная круговерть, развернувшаяся перед моими глазами, грозила затянуть в пучину безумия. С каждым мгновением шепот, режущий разум проникал все глубже, заставляя испытывать такие противоречивые чувства, как злость, досада, боль. Вдруг, картинка, замерев, остановилась. Новые образы, люди, и те, кто никогда ими не был — дед Корней, которого мне так и не удалось спасти, Вуал, пожертвовавший ради меня надеждой на воскрешение, те, кого я даже не знаю, лица, которых не помню. Мои невольные жертвы — доверявшие, ненавидевшие, ушедшие навсегда. Не смогла, не захотела… Нельзя спасти всех, но нужно хотя бы постараться. Я пыталась. Но к чему оправдывать себя, если это не поможет тем, кого уже нет?