Я не чувствовала слез, не видела лиц, то и дело проносящихся передо мной. Просто опустилась на колени, охватив плечи руками, и тонко завыла.
Квазар
Тело Повелителя, покрытое ранами больше не могло себя излечивать. Старые порезы не успевали заживать, как на их место наносились новые. Женщина действовала медленно и расчетливо, стараясь причинить пленнику как можно больше боли. Она не сводила глаз с его лица, ловя на нем малейшие следы эмоций. Вот только их не было — была маска равнодушия, нарушаемая ироничным чуть презрительным взглядом. Это вывело гостью из себя — охватив плечи мужчины, она подалась к нему, прошептав прямо в губы:
— Бедный Тирэн. Умереть от ее руки, — она провела губами по его сжатым губам, — ее прикосновений, ее силы…
— Ты не она! — мрачно возразил Повелитель, уклоняясь от навязанной ласки.
— Жаль. Все могло бы быть по-другому, — наигранно вздохнув, она впилась в него губами, по капле высасывая жизнь и силу.
— Не стоит этого делать, Анна. Или я должен называть тебя как-то иначе?
Суровый голос, раздавшийся за спиной женщины, заставил ту оставить пленника и резко обернуться.
— Владыка Дрэгон! Как жаль, что тебе не хватило ума не вмешиваться. Что же, придется сперва убить тебя. Не люблю, когда прерывают.
— А ты самоуверенна, — он, усмехнувшись, подошел ближе.
— Как и твоя возлюбленная нарина, в теле которой я нахожусь.
— Ненадолго, — заверил Владыка.
Безумная улыбка расплылась на лице Анны. Нет, не Анны — той, другой. Дрэгону было особенно тяжело смотреть на дорогое ему лицо, слышать то, что произносят губы его нарины, зная, что тело больше ей не принадлежит.
Я лежала на твердой земле, не чувствуя холода и ветра. Туман отступил, его сменили призраки прошлого, духи, заполнившие мои мысли. Сначала я пыталась отвечать, оправдываться, убеждать, угрожать, потом, смирившись с неизбежным просто слушала, чувствуя, что постепенно теряю связь с собственным я. Появилось безразличие, мне стало все равно.
— Не сдавайся! Ты сильная! — едва слышный шепот прорвался сквозь какофонию мыслей в моей голове.
— Вуал! — я пораженно уставилась в пространство, не видя говорившего.
— Я здесь. Я всегда рядом, — голос, приносящий успокоение и надежду. Голос моего предка, спасшего от смерти, бывшего духа Йог-сотхотха.
— Где я? Это ад? — неясное очертание, сформировавшееся в нечто осязаемое, появившееся прямо передо мной, окутало меня своим теплом и любовью.
— У каждого он свой, Нисса. То, что ты носишь внутри, не в силах смириться и простить саму себя — оружие для тех, кто хочет тебя уничтожить.
— Ты знаешь, что происходит?
— Знаю, — мне показалось, или дух Вуала действительно помрачнел.
— Я умерла? — сердце на несколько мгновений сжалось, а потом застучало сильно-сильно.
— Нет. Пока нет, — уточнил Вуал, — но если тебе не удастся вернуться назад, это случится.
— Вернуться…
— В собственное тело. Вспомни все, что видела в снах. Они — ответы на твои вопросы.
— Тело? Значит сейчас здесь…
— Твой дух. Ты почти достигла Пограничья. Возвращайся назад.
— Не смогу. Не сумею, — я почувствовала, как снова уплываю куда-то далеко.
— Просто сделай это! — прогремел Вуал, возвращая меня в сознание, — вспомни тех, кого ты оставляешь там. Тех, кого любишь — они нуждаются в тебе.
— Как? — я снова заплакала, — помоги мне, Вуал!
— Закрой глаза, пробуди свои воспоминания, ощущения, которые вызывают они в тебе. Я знаю, как ты боишься собственных чувств. Но не теперь, пора смириться с тем, что твоя сила в том, что какой-то частичкой души ты по-прежнему остаешься человеком.
Квазар
— К чему эти угрозы — ты не сможешь меня убить. Не посмеешь уничтожить тело своей любимой, — губы Анны насмешливо изогнулись.