- Это главное упущение.
- Циник!
- Может, по делу уже что-нибудь обсудим? – не стал скатываться до взаимных упрёков он. И этим хитрым стратегическим маневром унизил меня ещё больше. Потому что я чувствую теперь себе неудовлетворённой и озлобленной склочной бабой.
- А ты чем занимаешься по жизни?
- Учился в институте, теперь работаю.
- Как познавательно!
- Расскажи о своих путешествиях, раз ты их так любишь.
Вот прямо не в бровь, а в глаз. Люблю, но мало где была. Не все же с безлимитной кредитной картой рождаются.
И что я могу рассказать? О том, как ездила в Питер в прошлом году, ходила с подружкой смотреть на развод мостов, и это произвело на меня неизгладимое впечатление? Стояли-стояли, жутко замёрзли. Наконец кто-то из группы не выдержал:
- А где мост?
- Вон, видите, палочку?
Впечатлений – ноль. Не от города, конечно, он прекрасен, хотя из-за ненастной погоды видели мы его в основном через окно автобуса и даже фоток нормальных сделать не получилось. Но хоть галочка есть: была, видела.
- Мне понравилось в Минске.
«Я была там одним днём три года назад, так что, пожалуйста, не спрашивай о подробностях», - это я добавляю мысленно.
Ему это, видимо, совершенно неинтересно, поэтому он кивает, вздыхает, и, окинув меня таким взглядом, как сваха смотрит на невзрачную и нищую невесту, не зная, куда уж её пристроить, безо всякой надежды на интересную беседу спрашивает:
- А отношения были когда-нибудь?
Такого «морального давления» я, конечно, не выдержала, и прежде, чем успела подумать, вдохновившись бесстрашными признаниями Леры, выкрикиваю в сердцах:
- У меня парень есть!
Ну всё, прощай мой миллион...
- А-а-а, да? – мгновенно оживляется он, и даже позу принимает гораздо более заинтересованную.
Ну всё, сейчас начнёт давить ещё больше. А я запутаюсь и прилюдно утону в этом вранье. Боже мой, как стыдно!
– И как его зовут?
- Даня!
Вот кто меня за язык тянул? Почему Даня?
«Визуализирую», - подсказал внутренний голос.
- Давно встречаетесь?
- Полгода.
Куда б записать, чтоб потом не запутаться в показаниях?
- А он долго держится.
- Циник!
- А ты неоригинальна. Это я уже слышал.
И так как иных эпитетов в моём лексиконе не нашлось, Антон продолжил допрос с пристрастием:
- А сюда-то зачем пришла? Тебя кто-то обманул, что у тебя есть особый шарм и обаяние?
Я задохнулась от гнева. Да как он смеет! Думает, раз красавчик, на него все вешаться должны? Ага, сейчас!
И прежде, чем я успела открыть рот, чтобы выдать что-нибудь эдакое, всё тот же голос объявил (видимо, в записи):
- На сегодня достаточно. Теперь вы знакомы немного лучше. Продолжим завтра.
Продолжим? Ну уж нет! Предоставьте мне валерьянку!
Но вместо неё я получила пять минут общения с близкими, что тоже неплохо. Ну почему с этим мерзавцем я вынуждена общаться наедине десять минут, а с теми, кто действительно нужен и интересен – лишь пять?
Первым делом набрала мамин номер – потратила полторы минуты, чтобы сказать, что всё хорошо, я подружилась с девчонками, кормят хорошо, а делаем... ну, пока ничего конкретного. Так, общаемся.
Увидишь по телевизору, мамочка. Прости свою непутёвую дочь!
Потом набрала номер Оли.
Хорошо, что комната, в которой мы общались, была маленькой, обитой изнутри для звукоизоляции и без камер. Честное слово, это самые счастливые пять минут в сегодняшнем дне.
Оля, выслушав мой короткий рассказ, вместо ожидаемого мной сочувствия, выдаёт совершенно иную реакцию:
- Да ты что?! Тебе же дико повезло! Ты других парней на проекте видела? А у тебя комбо-вариант!
- Что? – опешила я от таких неожиданных выводов.
- Что-что, - передразнивает она, явно торопясь, чтобы успеть высказаться прежде, чем нас разъединят. – Стильный, милая улыбка с ямочкой, идеальная фигура, превосходное чувство юмора. Про рост и красоту я вообще не говорю. Ты не видишь – он и-де-а-лен! – для пущей убедительности по слогам произносит подруга.