Примерно в таком состоянии я и вернулась с позором в родной город. Нет, никто в меня пальцем не тыкал (об этом моём опыте вообще мало кто знал), но мне казалось, что теперь моя жизнь пойдёт под откос. И нужно было куда-то устраиваться на работу, искать новые смыслы и как-то жить... А как?
- Эй, Земля вызывает! Ты опять в мечтах со своим прекрасным принцем скачешь по розовым полянкам и собираешь благоухающие первоцветы?
- Чего? – смеюсь я, поворачиваясь к подруге и замечая, что она давно уже, вероятно, протягивает мне кружку с горячим и аппетитно пахнущим кофе. – Спасибо.
- На здоровье. А о чём тогда задумалась?
- Вспомнила, как ты помогла мне на работу устроиться, - немного слукавила я.
- Пфф, - фыркает она. – Тоже мне, ценное воспоминание. Замуж тебя пора выдавать.
- За кого это?
- Найдём кого-нибудь.
- О, кстати, я сегодня ехала в маршрутке на работу, а там красавчик, похож на Энрике Иглесиаса. С такой же лёгкой небритостью на щеках и в солнечных очках как в клипе. Я так и сяк перед ним – улыбалась загадочно, посматривала в его сторону с ноткой кокетства - кому не хочется Энрике очаровать? А потом солнце подсветило ему очки, и я увидела, что он спит.
Оля пшикает от смеха.
- На реальных людей смотреть надо. А ты всё об Иглесиасах мечтаешь.
- А этот чем не реален? В одной маршрутке ехали! – притворно возмущаюсь я.
- Ой, у тебя и Серёжка был рядом, а всё равно недосягаемый.
- Ну вот зачем ты на больное?
- Какое ж это больное? Столько лет уже прошло! Плюнь да разотри.
Легко сказать.
Хотя, конечно, я давно уже не чувствую и вполовину того, что ощущала тогда, в школе, когда была влюблена в него.
- Ну согласись же, что он красавчик.
- Ну конечно, - не стала спорить подруга. – Взмахнет своими опахалами, девчонки все тают.
Я смеюсь. Длинные тёмные ресницы – лишь одно из многочисленных достоинств этого парня. Он был сложен как греческий полубог. И, конечно, пользовался бешеной популярностью среди девчонок. Учился в параллельном классе, встречался то с одной, то с другой. А моя безнадёжная влюблённость каждый вечер катилась из глаз потоками горьких слёз.
Я разрабатывала планы по покорению неприступной горы Арарат, но ни разу так и не приступила к их реализации. Только подружке осмеливалась признаться:
- У него такие красивые глаза! Я когда-нибудь ему об этом непременно скажу.
Только теперь, спустя годы, понимаю, какой наивной дурочкой была тогда. Да и сейчас. Ему наверняка говорили об этом, и не один раз.
- Лучше скажи, какие ровные зубы. Это оригинально, - с серьёзным видом шутила подруга, чем обижала мои высокие чувства до глубины души.
А на выпускной вечер сбылись мои самые заветные мечты и чаяния. Нас поставили танцевать в одну пару. Я была (и остаюсь) довольно высокой девушкой, поэтому партнера мне подбирали по росту (хоть где-то он пригодился!). Кандидатов было немного, и мне повезло. На репетициях я летала. И выпускной запомнила на всю жизнь.
Правда, без ложки дёгтя не обошлось. Когда Серёжу только поставили мне в пару, я улыбнулась и что-то сказала, вроде: «Будем вместе танцевать? Здорово», а он даже не взглянул на меня со своей высоты и невозмутимо отвёл глаза в сторону, словно жужжание мухи в навозе его не касается. Не обольщайся, мол.
Улыбаться сразу расхотелось. Дура!
Ну и подумаешь. Всё равно я была счастлива.
А подруга и моя сестра подкалывали меня, не стесняясь, всё это время.
- Как она?
- Всё ещё в плену иллюзий.
Его чары до конца так и не развеялись. Но после выпускного мы виделись всего пару раз – пути разошлись. Я слышала, что он живёт с девушкой, но жениться на ней не торопится. А я смотрю на его новые фото в социальной сети и думаю: красота в нём осталась прежняя, но какой в ней прок, если она холодная? Если душевного тепла нет. И взгляд – жёсткий, колючий, пронизывающий. Я раньше не обращала внимания.
В юности прежде всего любуешься внешностью – восторгаешься, фантазируешь. Думаешь: «Вот бы он обратил на меня внимание! Это и есть любовь. С остальным я смогу примириться». А мудрость приходит позже. И открывает глаза. И рассыпается идеал.