— Куда пойдем? — спросила я.
— Да куда хочешь. Не все ли равно? Насколько мне помнится, визитёры попадали в нежные объятия минотавра, куда бы они не шли.
— Тогда пойдем вон туда, — я указала на один из выходов из пещеры и двинулась в этом направлении.
— Постой! Здесь что-то не так.
— Что ты имеешь ввиду?
— Оружие. Во всех предыдущих заданиях у нас было оружие, которым мы пользовались согласно мифу. Дракона ты зашибла валуном, циклопа я ослепил копьем, гидре мы отрубали головы и прижигали факелами шеи. А здесь у нас ничего нет. А ведь мы не просто должны будем убить зверя, но еще и найти выход из лабиринта.
— Нить и меч, которые Ариадна тайком передала Тесею…
— И которых у нас нет.
Сол подергал массивную подставку для факела.
— Встроено намертво, — мрачно сообщил он — Жаль, из этого канделябра вышло бы неплохое оружие. Мы должны внимательно здесь все осмотреть и найти хоть что-то полезное для нас. Может где-то завалялся кинжал или клубок ниток. На худой конец сойдет камень с острыми краями.
Мы обошли пещеру и заглянули во все коридоры, но ничего не нашли.
— Есть идеи? — уныло спросил Нортон: — Я не пойду в логово монстра, не имея ни одного козыря на руках. Он прикончит нас в два счета.
— Но торчать здесь вечно мы тоже не сможем.
— Ты права, — кивнул Сол и закричал так громко, что я вздрогнула от неожиданности:
— Хирон! Выпусти нас отсюда!
Никто не отозвался на эту просьбу.
— Хирон, твою мать! Мы хотим с тобой поговорить!
Снова нет ответа.
— Они даже не считают нужным ответить нам, — с горечью резюмировал Сол и уселся на землю, всем своим видом выражая отчаяние.
— Перестань, Сол. Ты сам когда-то говорил, что это только игра.
— Нет, черт возьми! Это давно перестало быть игрой. Сколько раз мы получали травмы, сколько раз наша жизнь висела на волоске? А когда в последний раз мы видели Хирона? Мы этого даже не помним, а ведь он — единственная наша связь с внешним миром.
— Причем здесь Хирон?
— А притом, что мы предоставлены здесь самим себе. Они, — Сол указал наверх: — Хотят, чтобы это, — Сол обвел рукой вокруг: — Стало нашей единственной реальностью. Они хотят, чтобы мы осознавали, что здесь мы также уязвимы, как и в настоящем мире.
— Но они не посмеют нас убить!
— А что им помешает это сделать? Обо мне, сиротке, и так никто не вспомнит, а твоему отцу вполне искренне выразят соболезнование по поводу безвременной кончины дочери в результате несчастного случая.
— Но зачем им это надо?
— У меня есть только одно объяснение. В минуты опасности, заметь, настоящей опасности, а не вымышленной, человек способен на такое, на что в обычных условиях у него бы не хватило ни мозгов ни силенок. Они хотят, чтобы мы выложились по максиму, выполняя их идиотские задания, а это возможно только при угрозе нашим жизням. И они нам ясно дают понять, что такая угроза существует.
— Но какая цель всего этого? Для чего понадобился такой эксперимент?
— А вот этот вопрос не по адресу. Ты должна была задать его Хирону до того, как от скуки влезла в это дерьмо. Но тебе, наверное, тогда было все равно.
Мне нечего было на это возразить.
— Давай вернемся к нашим проблемам, — примирительно предложила я. — Оружия нам не дали, a защитные костюмы отобрали…
— Да уж, — фыркнул Сол. — Ну и видок у нас в этих дурацких хитонах.
— Хитоны, — задумчиво повторила я, теребя рукой подол своего незамысловатого одеяния. — Единственное, что нам дали — это хитоны.
— Ну и что, — пожал плечами мой несносный собеседник. Пребывая не в духе, он становился несколько занудлив. — Нас и раньше наряжали, черт знает во что. Для колорита должно быть.
— Раньше у нас было оружие, а сейчас, — я взялась за край хитона двумя руками и резко потянула. Материал с треском порвался. — А сейчас — вот наше оружие.
— Ты предлагаешь…
— Мы порвем наши хитоны на лоскуты и будем привязывать их к канделябрам по мере прохождения лабиринта. Так мы найдем обратный путь. А наши пояса послужат нам удавкой. Это конечно не меч, но выбирать не приходиться.
Сол, заметно повеселев, одобрил мой план, наградив его эпитетом недурственный, и мы принялись за нашу одежду. Часть хитона пошла на набедренную повязку (и нагрудную для меня), тогда как оставшаяся часть превратилась в кучку тряпочек. Покончив с этим трудоемким делом, мы вошли в лабиринт.