- Смогу, - не колеблясь подтвердил Лем.
- Смотри, я тяжелая, - предупредила Мария.
- Нет, ты не тяжелая, ты красивая и мягкая, - признавался совсем ошалевший Лем, легко принимая ее вес и подхватывая под ягодицы.
Мария приняла комплимент от Лема на свой счет, походя отметив, что нужно начать, наконец, регулярно посещать зал, потому что задница должна быть по канону не мягкая, а упругая. Мысль мелькнула на периферии сознания и исчезла. Да, старовата она для таких акробатических трюков, офисное прозябания дает о себе знать. Однако, несмотря на наведение внутренней критики, получалось у них неплохо. Ворочавший последние семь лет мешки с зерном по две штуки за раз Лем, словно не чувствовал веса партнерши. Мария сидела на его руках, как в маленьком, подстроенном специально под нее, удобном кресле, обняв его ногами за талию. Освоившись, она начала покачиваться вверх-вниз, в ее позиции не получалось слишком сниматься, было либо глубоко, либо очень глубоко, по самое основание. Лем тяжело дышал, постанывал, но стоял, как вкопанный во всех смыслах. Долгожданная разрядка чуть не сбила их с ног, но Лем не подвел, понес ее к кровати.
- В душ, - изменила их маршрут Мария.
В итоге шептались, собирали постельные принадлежности с пола и укладывались. Кровать продолжала скрипеть, но казалось тише и в вовсе не настолько провокационном ритме. Вредный предмет мебели до этого подставлял их специально, не иначе.
Утром Лем проснулся первым, он выучил, что по субботам Мария спит дольше обычного, и лучше ее не беспокоить. Парень долго думал, решил пойти в санузел на первом этаже, шум и возня разбудят девушку, а она устала, сама говорила. Лем испытывал потребность беречь ее комфорт, включая сон. На пути в ванную комнату он никому не попался, воспользовался упакованными принадлежностями, вытерся с ног до головы, высушил волосы феном, что отыскал тут же и благоразумно оделся полностью. Стоило быстренько шмыгнуть обратно в общую спальню и спокойно посидеть там в кресле. А еще лучше было вообще не вставать, поваляться рядом со своей покровительницей до самого момента пробуждения. Лем выбрал пройтись до кухни и прямо в гостиной попался Аглае.
- Проснулся, мой хороший? – искренне обрадовалась она, направляясь к нему навстречу. – Мы с тобой ранние пташки, остальные дрыхнут.
- Мне надо наверх, - неуверенно вякнул Лем, если бы он умел шевелить ушами, льстиво прижал бы их к голове, а несуществующий хвост обязательно бы поджался между ног.
- Не выдумывай, милый, моя дочь раньше девяти не поднимется, спец.школы творят с людьми страшные вещи, вживляют им режим прямо в мозг, зато результат вызывает уважение, - говорила и тащила его за собой за руку, будто на буксире, Лем сопротивляться по-настоящему не смел, только притормаживал. – Поболтаем с тобой, пока никого нет. Смотри какой диван, мы его недавно купили, садись. Ну как?
- Хороший диван, - испуганно подтвердил Лем, оказавшись на подушке и автоматически провалился к спинке, оказавшись в полусидящем положении.
- Мария мне говорила, что ты в центр с ожогами поступил, - продолжала Аглая. – Больно было?
- Давно зажило, - вроде становилось лучше, Аглая его больше не держала, сидела на краешке подушки, красивой длинной птицей, напоминающей поджавшую длинные ноги цаплю.
- Правда зажило и следа не осталось? – ворковала Аглая, смотря на него одновременно по-доброму и с ласковой насмешкой. – Я волновалась, дай посмотреть.
- З-а-з-а-а-чем? – начал заикаться от неожиданного поворота в разговоре парень.
- Вдруг там шрам, - переживала Аглая, не отступая от задуманного, наоборот продвигаясь вперед.
- Нет шрама, - качал головой Лем.
- Ты меня просто успокаиваешь, - показательно не верила Аглая. – Дай я сама посмотрю.
Загнанному в угол посреди светлого летнего утра, прямо в солнечной гостиной, Лему не оставалось ничего другого, как поднять майку, открывая живот.
- Ах, вот розовое пятнышко, - обнаружила несуществующую отметину Аглая, положила ладонь ему прямо на пресс, заводя ее высоко вверх, поднимая ткань до самых подмышек, полностью обнажая торс.
Вторая рука оказалась у Лема под пупком, сначала просто гуляла по коже, потом начала понемногу сдвигать пояс штанов, полностью обнажая подвздошные косточки. Именно в таком положении и застала их проснувшаяся необычно рано Мария. Она сразу ринулась на спасение парню, бесцеремонно оттеснила Аглаю в сторону и села аккурат в промежутке, поправила Лему одежду. Он выглядел сконфуженным до предела, глаза влажно блестели, пальцы и губы дрожали.