Неизвестный номер. Голос на той стороне:
— Вейл… Они идут за тобой.
— Кто ты?
Ответа не было. Только шёпот перед отключением:
«Помни 741»
---
15:00. Квартира Марка.
Он взломал засекреченные файлы BioServ.
Документ №741:
«В случае неповиновения: активировать чипы подавления. Частота 37.5 ГГц. Смертельна для 97% особей»
Дата: завтра.
Марк обернулся.
На диване сидел №4412.
Лабубу держал фотографию — Марк в лаборатории три года назад.
— Ты… помнишь меня? — прошептал Марк.
№4412 кивнул.
Потом разорвал снимок и указал на экран с приказом.
Его глаза говорили ясно:
«Ты поможешь нам. Или умрёшь с ними».
№4412 метнулся к окну прежде, чем Марк успел схватить пистолет.
— Стой!
Лабубу разбил стекло когтями и выпрыгнул. Марк — за ним.
№4412 скользил между прохожими, как тень.
— Держи его! — закричал Марк, но люди лишь смеялись:
— Догоняешь своего питомца?
Лабубу взбежал по пожарной лестнице. Марк — следом, сердце колотилось, рёбра горели.
Марк врезался плечом в мусорный бак, даже не почувствовав боли. Перед глазами мелькал силуэт №4412 — тот двигался слишком плавно, слишком по-человечьи, перепрыгивая через заборы, как профессиональный паркурщик.
«Они не должны так уметь», — пронеслось в голове.
И вдруг —
Воспоминание. Три года назад. Лаборатория "Биоконтроль".
Марк в белом халате фиксирует лабубу №4412 в прозрачной камере. На столе — электроды, шприцы, панель с кнопками.
— Протокол 12. Тест на болевой порог, — говорит он в диктофон.
Лабубу смотрит на него. Глаза — не стеклянные, как у остальных. Они понимают.
Марк нажимает кнопку. Камера заполняется разрядами тока.
№4412 не кричит. Он смотрит. Запоминает.
Вернуться в реальность.
— Чёрт!
Марк споткнулся, едва не упав. Перед глазами всё ещё стоял тот взгляд.
№4412 обернулся — и Марк увидел в его глазах то же выражение.
Он помнит.
Выстрел!
Пуля пробила рекламный щит над головой лабубу. №4412 даже не дрогнул — просто прыгнул на крышу такси, оттолкнулся — и врезался в Марка всей массой.
Они покатились по асфальту.
— Ты... мстишь? — хрипел Марк, пытаясь вывернуться.
№4412 огрызнулся, клыки блеснули в сантиметре от лица.
Ещё воспоминание.
Марк вводит №4412 нейротоксин. Лаборантка смеётся:
— Смотри, он дрожит!
Лабубу сжимается в комок, но не издаёт звука.
Сейчас.
Коготь впился Марку в предплечье, вырывая кусок плоти.
— А-а-аргх!
Он ударил лабубу в живот, чувствуя под пальцами рёбра.
№4412 зашипел — и вдруг замолчал, уловив звук сирен.
Полицейские дроны свистели с неба:
— Остановитесь! Нарушение общественного порядка!
№4412 взглянул на Маркa — и исчез в переулке.
Марк привстал, хватая ртом воздух.
На асфальте кровь — и смятая бумажка.
Он развернул её.
Координаты.
И надпись:
<ЕСЛИ ХОЧЕШЬ ЖИТЬ — ПРИХОДИ. СЕГОДНЯ>
__________________________________________________________
«Глава 2: Когда жертвы становятся хищниками. Марк узнаёт страшную правду — лабубу всегда были разумны. И теперь они требуют расплаты. Продолжение скоро!»
Глава 3: Кровь и откровения
Марк сжал смятую бумажку в кулаке, ощущая, как кровь сочится сквозь пальцы. Сирены полицейских дронов резали слух, но он уже знал — они не для него. Власти давно закрывали глаза на то, что творилось в лабораториях корпорации «БиоСинтез».
«Если хочешь жить — приходи. Сегодня».
Координаты вели в промзону, туда, где когда-то стоял старый заброшенный завод. Туда, где теперь, судя по всему, прятались они.
---
Промзона. 23:47
Грунтовая дорога заросла бурьяном, фонари мигали, будто на последнем издыхании. Марк шёл, стиснув зубы, давясь собственным страхом. Каждый шаг отзывался болью в рваной ране на предплечье.
— Ты пришёл.
Голос раздался из темноты. №4412 вышел из тени, его глаза светились в полумраке, как у кошки. Но теперь он не бросался в атаку. Теперь он ждал.
— Что ты хочешь? — прохрипел Марк.
Лабубу медленно поднял лапу, показав на свою шею — там, под шерстью, виднелись старые шрамы от инъекций.
— Ты спрашивал, мщу ли я. Да. Но не только я.
Из-за развалин вышли другие. Десятки пар горящих глаз в темноте. Они окружали его, молчаливые, как призраки.
— Мы помним всё, — сказал №4412. — Каждый удар. Каждый токсин. Каждый ваш смех.
Марк почувствовал, как подкашиваются ноги.
— Вы... вы всегда были разумными?
— Да.
— Почему молчали?
— Нас не слышали.
Один из лабубу, поменьше, с облезлой шерстью, шагнул вперёд.
— Они разрезали Лису, — прошипел он. — Ты держал её, пока она умирала.