— Ратибор, князь вернулся, — выпалил он. — И воевода. И советники. Только без семей.
— А кто его вообще в город пустил? — возмутился Всемил. — Не князь он нам больше.
— Тише, — осадил брата Ратибор. — Спасибо, — поблагодарил он товарища.
— И что мы теперь делать будем? — спросил тот. — При князе отряд в два десятка дружинников.
— Два десятка? — усмехнулся Ратибор. — Я думал князь наш умнее будет. Что такое два десятка против двух сотен. Или он полагал что дружина разбежалась?
— Так мы ж ему месяц как отпор дали, — удивился Всемил. — Нас уж всяко больше двух десятков было.
— Не знаю я что он думает, только люди волнуются, — сказал дружинник. — Мы ведь тебя князем над собой поставили, тебе и говорить с этими.
— Поговорю, — Ратибор вздохнул.
— Не ходи Ратибор, — испугалась Лада. — Не надо, пусть его дружина прогонит. И ты, Всемил, не ходи.
— А я что не дружина? — усмехнулся парень. — И Ратибору прятаться не гоже, он не подлостью власть брал, а по закону.
— Нечего попусту языками трепать, — Ратибор быстро доел и встал из‑за стола. — Спасибо Ладушка, вкусно всё очень. Никита, — тихо сказал он. — Сам из дома не выходи и Ладу не пускай.
— Но…, — Никита испугался.
— Может и мирно всё решим, но Ладушке рано ещё на такие шумные сборы ходить. Побудь с ней дома.
— Ох, страшно мне, — прошептала Лада, закрыв за Ратибором и Всемилом дверь. — Папа, но князь же сам город бросил, Ратибор же всё правильно делал.
— Конечно, правильно, — согласился Никита. — И люди за него, так что не волнуйся.
— А зачем князь чужих дружинников привёл?
— Боится он. Не совсем же дурак наш князь, понимает, что с распростёртыми объятиями его не встретят.
— Ох как бы чего не вышло, — Лада покачала головой и принялась убирать со стола. Тарелок было мало, с продуктами в городе всё ещё были проблемы, а из выделяемого пайка много не приготовишь. Но Лада старалась разнообразить меню своей новой семьи как могла. Отчасти спасали соления Летой и мамой сделанные, но они подходили к концу, а возможности сделать новые заготовки пока не было.
Через пару часов Всемил вернулся один.
— Ратибор остался князю дела передавать, — пояснил он. — Не стал он на место князя претендовать.
— А люди что? — спросил Никита.
— Возмущались многие, — Всемил вздохнул. — И я тоже считаю что это не правильно, бросил нас князь, значит не князь он больше. А Ратибор в самое трудное время город на себя взял, и все проблемы наши решал. Но он устал, — Всемил вздохнул. — А ещё, мне показалось, что эти двадцать чужих воинов не все кто с князем пришёл, уж больно смело он держался, наверняка с соседними князьями договорился, что ежели чего, те подсобят.
— Может так и лучше, — решила Лада. — Может так и правильнее.
* * *
Ратибор пропадал в княжеском тереме три дня до поздней ночи, но всегда спать к Никите приходил. А на четвёртую ночь не пришёл.
— Что‑то Ратибора долго нет, — заволновалась Лада.
— Ему совсем немного там объяснить осталось, — успокоил её Всемил. — Ты ложись, он придёт сам поест.
— Волнуюсь я.
— А нечего волноваться, он не дитё, — усмехнулся Всемил. — Всё, живо в кровать и не спорь со мной, — он сам отвёл Ладу в её комнату, а как только понял что она ложиться собирается, стрелой сбежал вниз, натянул кольчугу под рубаху и окольными дорожками пошёл к княжескому терему. Но у князя было уже темно, видать, все спать легли. Всемил сходил в дружинную избу, но Ратибора там не было. Он решил что просто разминулся с братом и пошёл домой, но брата у Никиты не нашёл. Всемил через силу заставил себя посмотреть в родительском доме, а потом пошёл искать Ратибора к дому что тот для себя покупал.
Ратибор лежал у крыльца, в густой траве и не войди Всемил на крыльцо, он бы его не заметил.
— Ратибор, — Всемил спрыгнул и приподнял голову брата и тут же почувствовал на руке, что под спиной Ратибора была кровь. Но мужчина был ещё жив. Всемил рыча и ругаясь, взвалил брата на плечо и потащил к Никите, но передумал и свернул к отцовскому дому. Свечей Всемил не зажигал, а уложив Ратибора на лавку, убедился что тот дышит, и побежал к Яснокаменным.
— Лада, — разбудил он уже уснувшую девушку. — Вставай, Ратибора убить пытались.
Лада охнула, но молча оделась и поспешила за другом.
— Мне не видно ничего, огня надо — попросила она.
— Нельзя. Если те, кто его убить пытались, хватятся, тут тоже искать будут.
— Тогда иди, приведи тех кому доверяешь, пусть охраняют. Только быстро.
Когда Всемил убежал, Лада зажгла свечи и принялась печь растапливать. Рана у Ратибора оказалась серьёзная, то что сердце не задели было просто чудом. Мужчина был без сознания, и Лада с большим трудом сняла с него рубаху и перевернула, чтобы рану обработать.