— Я говорил, он хороший, — заулыбался Всемил. — Я знал, не могут с нами плохо обойтись.
— А ты никак решил, что мы убивать вас едем? — удивился колдун.
— Были такие мысли, — не стал отрицать Ратибор. — Так уж вышло, что опасными мы гостями стали.
— Расскажи мне про болезнь что женщин ваших погубила, — попросил Жар. — Только подробно, как заболевали, как болезнь протекала, какие осложнения были. И девушку вашу мне бы посмотреть.
— Ты же понимаешь чем рискуешь, колдун? — спросил Ратибор. — Коли это снова та болезнь…
— Ну вы‑то с братом живы и разве что соплями хворы, так что вряд ли мне что угрожает. Я ж не баба. И не бойся, коли был бы у нас приказ от вас избавиться, я бы с вас начать приказал, тех двоих убить легче было бы. Понять я хочу что у вас произошло и может помочь, если мне по силам.
Всемил вопросительно посмотрел на брата, тот кивнул и отошёл на шаг в сторону, колдуна вперёд пропуская.
— А ты рассказывай, — велел Жар. — Мы тебя слушаем.
Ратибор начал рассказывать. Всемил и Никита ему подсказывали, если тот что упускал, а колдун и врач тем временем Ладу осматривали.
— То есть в прошлый раз так же было? — спросил доктор. — Слабость сильная и жар?
— Да, — кивнул Никита. — Хотя нет, нет, жара тогда не было.
— Точно не было жара, — согласно кивнул Ратибор. — Только слабость. А у Лады жар. Жар у неё, понимаешь, дядь Никита, — радостно воскликнул он
— Жар, — закивал ювелир. — Жар, — он взял дочку за руку и прижал её ладони к своему сердцу.
— Телега у вас открытая, — сказал врач. — Предположу, что девушка ещё слабенькой была, а постоянные дожди и сырость наложились, вот её и свалило.
— Так у неё ни насморка, ни кашля. — Всемил шмыгнул носом.
— Так Ладушка всегда так болела, — воскликнул Никита. — Только жар у неё и ломота, полежит пару дней так, а потом снова бегает.
— О боги, — у Всемила камень с сердца упал. — Так мы её просто простудили? Это не та зараза, что город наш сгубила?
— Скорее всего, не та, — подтвердил Жар. — Только вот что это было непонятно. Проклятие на ней есть, но небольшое, и оно так подействовать не могло.
— Проклятие? На Ладушке? — испугался Никита. — Да кто же это мог?
— Другая девушка, судя по всему, из‑за мужчины. Ни у кого дочь ваша парня не уводила?
— Нет, — покачал головой Никита и посмотрел на Всемила.
— Да она только с Любомиром встречалась, — растерянно сказал тот.
— А Любомир до того как в Ладу влюбиться, со многими крутил, — вздохнул Ратибор.
— Проклятие не сильное и не профессиональное, — сказал Жар. — Разозлила она кого‑то сильно, вот в сердцах её и прокляли. Но оно действовало, и предположу, что Любомир ваш эту Ладу оставил.
Братья Перелески переглянулись.
— Угадал, — усмехнулся Жар.
— Ты снять проклятие можешь, добрый человек? — спросил Никита. — Я заплачу. Ратибор, у нас же ещё украшения остались?
— Уже снял, — успокоил его Жар. — И платы с вас за это не возьму, вам деньги ещё понадобятся.
— Князь, — Долгай кивнул в сторону, все повернулись и увидели ещё несколько всадников.
Ратибор, Всемил и Никита, поднялись на ноги и поклонились.
— Не та это болезнь, княже, — доложил Жар. — Просто девушка слабенькая была и простыла сильно.
Он коротко пересказал всё, что узнал и увидел.
— И, судя по всему, нам та эпидемия не грозит, — добавил врач. — Я всё же снова склоняюсь к тому, что это было скорее по колдовской части. Умерли только те, кто в городе остался.
Ратибор вздрогнул.
— Нет, некоторые из уехавших тоже умерли, — возразил Всемил. — Но мы не знали, что за болезнь, мы боялись, что коли больных женщин выпускать начнём, мор дальше пойдёт.
— Мудрое было решение, хотя и тяжёлое, — кивнул князь.
Ратибор опустил глаза, ему невыносима была мысль, что те, кому он уехать не позволил, могли выжить, а по его вине умерли.
— Дружинники сказали, ты тоже ранен, — доктор обратился в Ратибору. — Давай рану посмотрю.
— Да со мной уж всё в порядке. За мной Лада ухаживала, теперь только время нужно, в былую форму войти.
— А куда вообще направлялись? — поинтересовался князь Ждан.
— К вам, в Быстроград, — ответил Всемил. — Два года я в вашем городе жил, нравится он мне. Вот и подумал, попросимся в дружину, тут обоснуемся. Мы с братом дружинники отличные. Меня воевода знает, а Ратибор ещё лучше.
— Ну что ж, — кивнул Ждан. — Хорошие дружинники всегда в цене, но брать вас или нет воевода сам решит. А пока, поехали в город, нечего больную девушку на улице держать.
— А может не надо её пока в город? — Ратибор виновато посмотрел на Никиту. — Боязно мне. Может, конечно и не то, может и только нашего города то проклятие коснулось, но всё же… как‑то…