Банкир. Он направил ко мне Бывшего Директора и дал денег на выкуп акций.
Элизабет. Она читала договор залога. Она предупредила, чтобы я избавился от акций, но не объяснила причину. Она знакома с банкиром и собирается за него замуж. (Хотя это к сделке не имеет отношения).
Марго. Будем считать (хотя это не факт!), что Барбара зачем-то обращалась в риэлтерскую фирму и (возможно?) рассказала про акции. К тому же Марго – сестра Элизабет, а банкир – друг их семьи.
Адвокат Марк. Он помогает Новому Боссу (NB) разрешить ситуацию с акциями. Одновременно он тайно выступает от имени какого-то таинственного покупателя «инкогнито».
NB – Новый Босс. Само собой, он в курсе сделки. Странно только, что Барбара, его любовница, акции почему-то продала не ему, а мне.
Бывший Директор. С него все началось. Он знает банкира. Барбара его бросила.
Барбара. Жена-любовница. Она продала три процента и пропала. Возможно, утонула.
Я подчеркнул слово «возможно» жирной чертой – хотелось надеяться на лучшее, – и перечитал список. Получается, про сделку знают семь человек. Как решить задачу с семью неизвестными и выяснить, кто играет против меня? На бирже проще: акции растут – акции падают, угадал – не угадал. Если не знаешь, как поступить – брось монетку. Но когда перед тобой семь неизвестных, даже игральная кость не поможет. А ведь у всех, кто в списке, так или иначе был повод желать Барбаре смерти (разумеется, кроме самой Барбары): ради денег или из мести. Или… Чтобы подставить меня?
Я вскочил и нервно зашагал по кабинету, сцепив руки за спиной. Так-так… Больше всех под подозрение попадает Элизабет. Она кого-то искала в казино, ее орлы-байкеры следили за Барбарой около моего офиса, к тому же сыщик говорил, что на мосту видели каких-то мотоциклистов. В какой день нашли утопленницу? В четверг утром. Я увидел в новостях сообщение об утопленнице, расстроился, не поехал в казино и вместо покера напился на вечеринке у брокера. И не заметил красного «Мустанга» у дома – слепой рыцарь! А накануне в среду, когда я хотел пригласить отпраздновать Элизабет покупку акций, ее телефон не отвечал. Неужели она причастна к смерти Барбары?
В расстройстве я плюхнулся в кресло и обхватил голову руками.
Что делать? Песок в часах неумолимо перетекал из колбы в колбу. Телефон призывно поблескивал хромированным корпусом.
Может, все-таки поговорить с Элизабет? И что это даст? Даже если ей что-то известно, она ничего не скажет и не раскроет карты, а коль в чем-то действительно замешана, то и подавно.
А если позвонить Марго и рассказать, что ее сестра причастна к смерти некой женщины, личность которой не установлена? Или потребовать объяснений, как визитка очутилась у Барбары?
Я еще раз посмотрел на лист со списком подозреваемых и нервно рассмеялся. Забавная история: мистер Джек превратился из доброго рыцаря в Шерлока Холмса (а точнее, в доктора Ватсона) и расследует убийство. Полный бред.
Да и вообще, какое мне дело до этой утопленницы? У меня на руках суперкарта – контрольный пакет акций. Пусть делают, что хотят, выигрыш все равно мой!
А по поводу подозрений и совпадений надо посоветоваться с Алесандро. Пусть разбирается – это его работа. Если все, кто попал в мой список, действительно в сговоре и хотят меня подставить, то ими займутся те, кто охраняет законность и покой граждан.
Чтобы успокоиться, я открыл окно и закурил. Светило солнце, клен почти облетел. Опавшие листья, собранные в кучи, испуганно жались друг к другу. Дворник запихивал их в полиэтиленовые мешки, чтобы загрузить в мусорную машину. Он действовал упорядоченно и методично – по очереди набивал листьями мешки и ставил, прислонив к моему «Шевроле», который выносил это терпеливо и безропотно.
Зазвонил телефон. Экран высветил: «Алесандро».
А ведь сыщик тоже в курсе всей сделки! И он провожал Барбару домой…
Я замотал головой. Подозревать всех подряд – первый признак паранойи.
– Ола, амиго! Как уикенд? – начал Алесандро с традиционного вопроса.
– Просто супер… – раздраженно пробубнил я.
– Почему такой хмурый голос? Опять ночевал в обнимку с одиночеством?
Шутка пролетела мимо ушей. Я не отвечал, раздумывая, сообщить Алесандро о своих подозрениях на счет Марго или нет? В памяти всплыла ящерица на колготках, бордовое платье и усталые, немого грустные глаза королевы. Вспомнились слова Элизабет про сложные отношения старшей сестры с мужчинами. В душе проснулась жалость к гордой и одинокой бизнес-леди.
– Мистер Джек, ты в порядке? Что молчишь, ты там живой вообще?
– Алесандро, – наконец проговорил я. – Ты должен съездить в риэлтерскую фирму и разузнать, появлялась ли там Барбара, и если появлялась, то с какой целью.
– Откуда сведения о фирме? – подозрительно спросил сыщик.
– Случайно вспомнил, что Барбара об этом обмолвилась.
– Что-то не припоминаю.
– Это не важно – поезжай и проверь. И очень прошу, сделай аккуратно, чтобы никто ничего не заподозрил.
– Обижаешь, амиго.
– И еще… – начал я, но не договорил. Посвящать Алесандро в домыслы о причастности Марго к сделке было преждевременно. – Сообщи мне сразу, как что-то выяснится.
Сыщик перезвонил через пару часов. В фирме никто не знал про Барбару, в базе данных она тоже не числилась.
– А с директором разговаривал? – спросил я, стараясь не выдать своего волнения.
– Ее не было на месте, она появится вечером. Я заеду еще раз…
– Думаю, не стоит терять время, – прервал я его. – Скорее всего, Барбара интересовалась уровнем цен на недвижимость или еще чем-нибудь незначительным. До завтра, не опаздывай на собрание акционеров и не забудь надеть галстук.
Я решил не говорить Алесандро ни о визитке, ни о предупреждении Элизабет – вообще ни о чем, что касалось бы сестер. Каждая из них была мне по-своему дорога. Пусть все идет своим чередом. Завтра на собрании акционеров будет вскрыта последняя карта, и все станет на свои места.
Двигатель «Шевроле» привычно заурчал. Асфальт зашуршал под колесами. В окно ворвался свежий ветер и заставил бросить шляпу на заднее сиденье. Солнце сияло в голубом небе. Захотелось послать все к черту, заправить бак бензином под завязку и уехать куда-нибудь далеко, где нет пробок на дорогах и не надо никого подозревать в ужасных вещах.
На светофоре справа от «Шевроле» тормознула «Хонда». Такая же, как у Марго, только не серебристая, а черная.
«Доверять – значит, почти подарить свою жизнь», – так, кажется, говорила Марго.
Она в курсе сделки – значит, наша встреча в казино не была случайностью. Вероятно, кто-то рассказал ей о фабрике – например, подруга-юрист из банка или банкир. И тогда Марго решила познакомиться со мной.
Я усмехнулся и сильно надавил на педаль газа. «Шевроле» рванул вперед.
Крупье медленно-медленно положил на стол последнюю, пятую карту.
– Дама пик, – объявил крупье.
Все замерли.
На зеленом сукне лежали тройка, семерка, туз, туз, дама. В банке сто четыре тысячи евро. Маленькое состояние, которое может решить мои большие проблемы. Если у НЕЕ на руках действительно пара дам, то сейчас – три плюс два. Три дамы и два туза. «Фулл хаус». У меня только тройка на тузах. Если это так, то я проиграл. Если ОНА блефует, и у нее – одна дама, то я выиграю.
Надо же было так распорядиться судьбе, чтобы выпала именно пиковая дама. Пока эта злодейка не появилась на столе, я выигрывал без сомнения.
– Мадам, ваше слово, – крупье прервал затянувшуюся паузу.
– Да, спасибо. Я знаю. Я говорю «чек», мистер Джек, и передаю тебе слово. Можешь поставить последнюю тысячу или вскрыть карты.
– Спасибо, мадам, вы очень добры, – я изобразил легкий поклон, в раздумье глядя на карты.