- «Надеемся, ты пересмотрел своё мнение и приедешь нормальным. Постарайся не опозорить нас»
- Ну да, что же они ещё могли написать?!
Обе удивились, потому что улыбка Эмета не была наигранной. Ему действительно было смешно от этих слов.
- Уверен, они даже не подписались.
Крестель повертела бумажку, но больше ничего не было.
- Даже не удивительно. Хотя целое письмо. Вот это щедрость!
Он взял яичницу и ушёл к себе в комнату, продолжая поток злых шуток. Рейна ушла посмотреть, как дела в обсерватории, но обещала скоро вернуться. За это время Крестель хотела узнать, почему Эмет так отреагировал на письмо.
- Можем поговорить? - Крестель села на край дивана.
- Конечно. Что-то конкретное или просто так?
- От кого это письмо?
- От родителей. У нас с ними вообще такие себе отношения.
- Прости.
- Да ладно, ты единственная, кто это знает.
Она коснулась его руки в надежде на то, что сможет помочь ему выговориться. Эмет лишь улыбнулся.
- Расскажи мне всё, что больше никому не сможешь рассказать.
- Лет до двенадцати всё было хорошо: учителя всегда выделяли меня и ставили в пример, родители гордились, карьера в клубе набирала обороты. А потом я увидел новость о задержаниях. Люди, их было много! Я восхищался ими, ведь в их глазах не было страха, даже когда за ними бежала толпа полицаев. Я ещё пару дней последил за новостями и окончательно решил, что хочу стать таким же. Я помогал ребятам, печатая листовки, приносил им передачки в тюрьма, пару раз даже прятал беглецов у себя в комнате в тайне от родителей. Позже всё, конечно, вскрылось. Был ли это юношеский максимализм? Определённо. Жалею ли я о том, что из-за него меня выперли из клуба, от меня отвернулись родители, а школу я заканчивал в статусе изгоя? Нет, и никогда не пожалею.
- Что есть восстание? - Крестель придвинулась к нему так близко, что могла ощущать его тёплое дыхание.
- Оно есть и самое неотъемлемое право, и самая святая обязанность.
- Помнишь пароль? - она ухмыльнулась, - похвально.
Рейна, стоявшая в дверях, показательно покашляла.
- Я, конечно, прошу прощения, что прерываю столь романтичную сцену, но все только вас ждут. Или вы уже забыли зачем приехали?
- Мы уже идём, - он дождался, пока Дюймовочка вышла из комнаты, - я помню всё, но это не важно. Для меня существует только сегодня.
Эмет улыбнулся всё той же искренней улыбкой, которой хотелось верить. Они вышли и поднялись по длинной извилистой лестнице. На платформе было просторно и открывался шикарный вид на лес, за которым мелькали маленькие точечки домиков. Юджин и компания уже стояли и слушали увлекательный рассказ одного из работников обсерватории. После небольшой теоретической части всех проводили до телескопа. Даже через него звёзды оставались далёкими и неосязаемыми, но от этого не менее красивыми.
- А вот это скопление Плеяды в созвездии Тельца. В это время его лучше всего видно. А вы слышали легенду про это скопление? - видимо, учёный и не ждал ответа, потому что тут же продолжил, - а я вам расскажу. Охотник Орион преследовал семь сестёр. Спасаясь от него, сестры обратились с мольбой к Зевсу. Чтобы их защитить, Бог грома превратил их в звёзды и разместил на небе, а Орион в наказание за свою дерзость тоже был превращён в группу звёзд и размещён на небе недалеко от Плеяд. Таким образом он вечность будет безуспешно преследовать Плеяд по всей бесконечной вселенной.
За всем этим рассказом Эмет не заметил, что Крестель отошла и уставилась куда-то высоко-высоко.
- Всё хорошо?
- Да, - она не поднимала головы и не открывала глаз, - Плеядам хорошо - они вместе и наверняка счастливы.
- Ты ведь держишь так голову, чтобы я не видел твоих слёз? Опусти.
- Я очень соскучилась по сёстрам, - она уткнулась в его грудь и зарыдала.
- Вы обязательно встретитесь. Не забывай об этом никогда.
Никогда...никогда...никогда. Слова эхом отозвались в голове Крестель и привели в чувства. Она вытерла рукавом слёзы.
- Мы ведь пришли смотреть на звёзды, да? Тогда больше никаких слёз, обещаю.
Всё оставшееся время она разговаривала с сотрудниками, спрашивала их про созвездия и планеты, крутилась вокруг телескопа и ещё многое другое. Словом, пыталась всячески показать, что у неё всё прекрасно. Девушка так устала, что уснула на одном из кресел в обсерватории.
- Нужно её разбудить.
- Не стоит. Я сам.
Он нежно, словно самый хрупкий хрустальный фужер, взял её на руки. Рейна уже ничему не удивлялась и лишь шла впереди, открывая двери. Дойдя до их домика, она попрощалась и пообещала зайти завтра, так как администрация снова попросила провести какие-то тестилки.