Да уж, действительно. Сорел схватил маркер, лежащий на столике Эван, и быстро нарисовал рядом с Кирком маленькую девочку с глупым выражением лица и двумя сердечками вместо глаз, а рядом приписал любимую Юркину фразу «таких не берут в космонавты!», после чего вышел из комнаты, терзаемый лёгкими угрызениями совести, но, в общем, довольный. Ничего, судя по виду этой комнаты, её уже ничто особенно не испортит…
Как только он повернул за угол, по коридору прошли Сэлв, Эван и Лея, громко обсуждающие события этого дня. Спустя секунду хлопнула дверь — все трое вошли в комнату.
Раз… два… три… четыре… пять…
— Я УБЬЮ ТЕБЯ, СЭЛВ!!! — раздался из комнаты рык Леи, после чего послышался глухой удар и хохот Эван.
— Я этого не делал! Честное слово!!! — заорал Сэлв, вылетая из детской на первой космической скорости.
Вслед за ним, не уступая ни на йоту, промчалось её высочество с диванной подушкой в руках.
Ну, надо же…
Сорел засунул руки в карманы и с независимым видом прошёл на кухню.
С тех пор, как я познакомился с Леей, я постоянно веду себя так, словно мне снова двадцать, недовольно подумал он.
С другой стороны… это было так забавно!!!
Утром следующего дня Аманда взвинченно расхаживала из комнаты в комнату, наводя порядок. Всё произошедшее выбило её из колеи, казалось, вернулись худшие времена её жизни… но это было так давно. И не на Вулкане. Вулкан являлся в её глазах местом, где всё было определено раз и навсегда. Здесь было… стабильно. Безопасно. Казалось, так будет всегда. И вот, появляется этот ромуланский мальчишка и… Грешным делом, Аманда подумала, что уж лучше бы тогда Лее пройти мимо Н'Кая, не обратив внимания на еле заметную цепочку следов… и тут же сурово осудила себя за эти мысли. Так нельзя. Ромуланец глуп и чертовски безрассуден, но не испорчен безнадёжно. Нужно дать ему шанс. Конечно, так нельзя, но… дети! Пока этот парень будет оставаться на Вулкане, она не сможет спать спокойно. Девочки всё время будут подвергаться опасности и, в особенности, Лея.
И Сарэка, как назло, нет дома…
Что ж! Аманда отбросила в сторону какое-то из платьев Леи, подвернувшееся под руку, так или иначе, но дети без охраны не останутся. Кажется, Сорел только вчера жаловался ей на вынужденное безделье, сводящее его с ума, вот пусть и поработает Леиным телохранителем — пока не определится со своим будущим. Что-то неуловимо острое царапнуло её сознание при этой мысли. Она вспомнила, в какой ступор впал Сорел при встрече с Леей, и нахмурилась. А разумно ли это? Аманда сердито встряхнула головой.
Какие глупости приходят мне в голову! Он вулканец, она маленькая девочка. Я просто схожу с ума, если начинаю задумываться о подобного рода вещах…
Н'Кай очнулся в клинике ровно сутки спустя. Замечательно!.. На этот раз его заперли на три замка, да ещё и охрану снаружи поставили.
Здорово. Отлично. Блеск!!!
И чего он, спрашивается, этим добился?! Н'Кай встал с кровати. Голова слегка кружилась, а так он чувствовал себя совсем неплохо. Чёрт его дёрнул воспользоваться Даром, пытаясь оглушить девчонку! Какая ранняя форма старческого маразма!!! У него же больше нет Дара! Вместо девчонки свалился сам… И чего ему вздумалось бросить скальпель в ванной?! Схватил бы её за волосы — благо, там есть за что ухватиться — чиркнул по горлу — и привет!.. Можно спокойно уходить из жизни. Так нет же! Н'Кай устало потёр виски. Правильно вулканцы учат — нельзя распускать эмоции ни при каких обстоятельствах. Сам виноват! Нечего было устраивать дипломатический раут с заложницей! Распустился совсем, а ещё диверсант называется!!! Т'Лайл, наверное, умер бы от позора, узнай он, что Н'Кай тут вытворяет на досуге… Он вёл себя, как идиот, как девчонка, как последняя тряпка, как… как тот, кого загипнотизировали. Ну конечно! Рыжеволосая ведь и не думала скрывать, что она телепатка!!! Дьявол! Раньше с ним никогда не случилось бы ничего подобного. Подумав так, Н'Кай ещё больше укрепился в своей ненависти к Лее. Самоубийство как-то незаметно отступило на второй план по степени значимости в его жизни. Теперь он хотел только отомстить. А дальше — хоть трава не расти!!!
Н'Кай прислушался к тихому разговору охранников за дверью. Телепатически их теперь не вырубить, лучше даже и не пытаться… никогда.
Он прижался к прохладному пуленепробиваемому стеклу окна пылающим лбом и вытер со щеки сердитую слезу.