Дальнейшая картина в домысливании не нуждалась совершенно.
Ладно… данные, поступавшие на компьютер в течение последних суток, были неизменны, на табло часов продолжали высвечиваться всё те же координаты.
Это будет совсем не трудно. Я скоро приду, Лея.
…Безусловно, маленький дом на окраине Шикхара знавал и более эффектные скандалы, чем этот, но их было так немного, что все запоминались наперечёт.
Сарэк вернулся из командировки и поинтересовался у Аманды, как дети. Она ему сказала, как. И где.
Скандал был ужасный. Его послушать, так Аманде и вовсе не следовало на свет появляться, не то, что браться за воспитание двух маленьких девочек из пустыни. На какой-то момент ей даже показалось, что ей снова двадцать пять — так всё это было похоже на его обычную манеру ухаживать. Да уж, вне всякого сомнения.
В конце концов, Сарэк смирился — Аманда была права, на детей взвалили не по годам тяжёлую ответственность работы со жрецами. Общение с ними далеко не каждый взрослый вулканец выдержит, а тут — дети. То, что Эван отправилась вслед за Леей, тоже, в принципе, было неизбежно. Единственное, о чём сожалел вулканец, было то, что его не оказалось рядом, когда он был нужен больше всего. Вместе они бы обязательно что-нибудь придумали. А теперь уже поздно, ничего не исправишь. Только и остаётся, что надеяться на лучшее.
Хотя надежда — это так нелогично…
Утром Н'Кая опять посетила та красивая мрачная жрица, что сопровождала его в пути из больницы, и велела следовать за ней.
— Что у нас запланировано на сегодня? — бодро поинтересовался Н'Кай. — Биопсия мозга?..
Ответа не последовало, из чего Н'Кай сделал вывод, что его спутница совершенно не расположена беседовать. Или ей просто запретили. Правда, ответа он и не ждал, скорее удивился бы, если бы телепатка ответила.
Она привела его в большую пустую комнату.
— Оставайся здесь, — приказала женщина и оставила его одного.
Н'Кай присел на подоконник и заскучал. Похоже, предстоит очередной допрос.
Тоска…
Лея, протирающая глаза, с удивлением разглядывала сверкающие осколки возле своей постели.
— Что это?
— Извини, наступил на твоё украшение, — отрывисто сказал Сорел, глядя в окно на разгорающийся алмазным сиянием рассвет.
— А-а-а… — протянула Лея без особого сожаления в голосе.
О любимой причёске не могло быть и речи, поэтому она просто заплела волосы в косу, закрепив её у основания разноцветным шнуром от платья. Чего ей действительно сейчас хотелось — так это принять ванну. Она покосилась на Сорела. Да уж… Кого тут интересуют её желания?..
— Тебя что-то беспокоит? — поинтересовался тот, словно читая её мысли.
— Сорел, не надо делать вид, будто вас беспокоит то, что меня беспокоит… это нелогично. Вчера вы вели себя гораздо естественнее.
— Вчера я думал. Были… причины. Не надо торопиться с выводами.
— Интересно, а что мне ещё остаётся? — Лея пригладила на себе одежду. — Очень заметно, что брюки неглаженые?
Вулканец отрицательно покачал головой, усиленно отводя взгляд как можно более в сторону.
— Сама знаю, что заметно, — Лея махнула рукой, поймав на себе отсутствующий взгляд Сорела. — Ладно, чего уж там…
Она с сомнением посмотрела в маленькое зеркало. Да-а, не так бы ей хотелось выглядеть в этот день. Всё не в её пользу.
— Лея, сегодня ты выглядишь несколько… — вулканец помолчал, подбирая слово, — …взвинченной. В чём дело?
— Ничего, всё в порядке, — успокоила его Лея. — Вам показалось.
— Да, — с некоторым сомнением согласился Сорел. — Тебе не о чем беспокоиться. Я буду рядом.
— Вот спасибо, — мрачно улыбнулась Лея. — Вообще-то, вы — последний человек, которому я пожелала бы оказаться рядом с собой в такой момент… Если у меня всё получится, конечно.
— Что «всё»?
— Ну, если они перейдут грань, — Лея неопределённо повела плечом. — Да вы не волнуйтесь, никто не пострадает… я надеюсь.
— Лея, скажи прямо — пока я не забыл о своём происхождении и своём долге, и не убил тебя — что у тебя на уме?!
— Нет там у меня ничего — в том-то и проблема… Всё. Я слышу шаги — за мной идут; и продолжать этот разговор не имеет ни малейшего смысла, — Лея искоса взглянула на Сорела, — …во всяком случае, не в данных обстоятельствах.