Эти пятеро не стали исключением: старика-андорца, доктора археологии, прозвали Генрихом Шлиманном, вулканца кто-то из медицинского отдела окрестил «его Императорским Величеством», его жену-землянку — «её Величеством», а двух шустрых девчонок, следовавших за ними, «их высочествами» соответственно…
— …Извращенка рыжая! Убью, если встречу!! Придушу!!! Не, это слишком гуманно. Горло перегрызу, вот что я сделаю. Утоплю!!! Если найду, где, — Н'Кай с ненавистью глядел на дисплей глазами, мутными от недосыпания, и ещё — от сражения с этой… @#&… программой.
Логика. Какое мерзкое слово! В жизни его не произнесу. Если выберусь, конечно. Что значит «если»?! Разумеется, выберусь… И буду мстить. И мстя моя будет ужасна!..
Он решил шесть из девяти предложенных этой рыжей — я знаю, как она не любит, когда её так называют! — стервой задачек. У Леи оказалось не просто извращённое чувство юмора. Это было нечто чудовищное — когда он решил первую из задач, автоматически раскрылся файл с тремя новыми! Следовательно, оставалось ещё девять?! Как бы не так!!! Когда он решил те три и «вторую» — появились четыре новых!.. И т. д., и т. п.
Н'Кай уже почти две недели сражался с порождением враждебного разума Леи С'Чн Т'Чай и временами был близок к откровенному помешательству. Конечно, еды на транспортнике было предостаточно, воды тоже, девчонки умудрились даже засунуть в банк памяти бортового компьютера огромнейшую подборку земных кинофильмов и книг! Причём почти все — двухсотлетней давности… Тоже, кстати, своеобразное издевательство.
Время от времени он засыпал — ненадолго. И снилось ему злобное божество с огненно-рыжими волосами, которое мерзко хихикало и обзывало его ромуланской бестолочью.
Н'Кай в очередной раз взглянул на обзорный экран — просто от нечего делать и безо всякой надежды во взгляде. Внезапно по экрану пробежала какая-то рябь. Ромуланец пригляделся получше и едва не вывалился из ложемента, протирая глаза от изумления. Потому что верить им — глазам этим — его рассудок решительно отказывался.
После недолгого сражения с собственным разумом, в нём — в разуме — выкристаллизовалась одна-единственная мысль.
Офигеть! Живая органия!!!
Органия, а точнее, корабль органий — огромный шар света — нёсся прямиком на маленький кораблик Н'Кая. Спустя секунду корабль содрогнулся, словно пытаясь вывернуться наизнанку, и ромуланец потерял сознание.
— А-а-а-а-а!!!! — вопль прокатился по коридору, отражаясь от стальных переборок, и эхом возвратился в капитанские уши.
Капитан Спенсер привычно вздрогнул и покосился в сторону источника вопля. Те восемь дней, в течение которых «Сабрина» летела к Андоре, растянулись, словно восемь долгих столетий. А впереди — ещё целых четыре дня…
Восемь дней его энсины и курсанты из Академии, у которых как раз началась летняя практика, носились по кораблю в свободное от обычной работы, суточных вахт и внеочередных дежурств (количество которых в последнее время резко увеличилось) время, уподобившись в своём развитии двум маленьким фуриям, которых вулканец протащил на корабль явно в виде эксперимента — как скоро может сойти с ума отдельно взятый капитан земного происхождения, если его день за днём изводят две почти взрослые девицы, пользующиеся дипломатическим иммунитетом, а вместе с ними — добрая половина экипажа, впавшая в детство?!
Что они там, на Вулкане, делают со своими детьми, что эти дети теперь носятся по всему кораблю, как безумные, играя с курсантами в дикую помесь «казаков-разбойников», «Трёх мушкетёров» и «Звёздных войн» разом?! Это же просто ужас какой-то!!!
— На абордаж!!! — Спенсер качнулся в сторону и едва успел вжаться в какую-то нишу, когда мимо, словно средних размеров стадо копытных, промчалось человек пятнадцать подростков.
Впереди всех, продолжая выкрикивать что-то явно угрожающее, летела старшая из «высочеств», чьи светлые, с едва уловимым рыжим оттенком, волосы, развевались позади неё, словно знамя. Вторая из сестёр — та, что помладше, как выяснилось, возглавляла армию противника. Сошлись они, судя по звукам, где-то за поворотом. Причина возникновения конфликта оставалась тайной не только для Спенсера, но и для самих воюющих, кажется… Посадить бы их всех на гаупвахту к чёртовой матери, мрачно подумал капитан, да ведь работать некому будет…
Выглянув из своего убежища, Спенсер убедился, что коридор чист до самого лифта, и продолжил свой путь, хотя ему этого, ох, как не хотелось… Если расположить присутствующие на борту раздражающие факторы в порядке возрастания, то это выглядело бы его воображении так: