— Имя её — точно липа, — буркнула Эван. — Слушай, а покажи мне её, а?
— Ты же знаешь, что я этого терпеть не могу! — сердито произнесла Лея, но, тем не менее, села на пол перед стулом Эван и закрыла глаза.
— Весьма неприятная личность, — прокомментировала Эван спустя минуту, убирая руку с лица Леи, — особенно в твоём исполнении, сестрёнка. Ладно, попробую её нарисовать, посмотрим, что получится. Но только завтра. Я сегодня, видите ли, рано встала… — Эван не успела увернуться от подушки, запущенной безжалостной рукой Леи. — Нет худа без добра, — добавила она, взбивая подушку. — Зато теперь у вас есть стимул разобраться с этой крылатой хулиганкой. Если она мне завтра утром опять спать не даст, то я, соответственно, не дам вам. Логично? — и она юркнула в ванную, пока Лея не запустила в неё второй подушкой.
— А Эван лихо управляется с компьютером, — одобрительно произнесла Тира, когда за Эван закрылась дверь.
— Есть такой момент, — усмехнулась Лея, — когда мы были маленькими, она даже в личные файлы Сарэка влезла. Огребла, конечно, потом за это по полной программе…
— Весело, наверное, жили?
— Да уж, без дела не сидели. Хотя… всякое было.
Из ванной, завёрнутая в полотенце, вышла Эван.
— Вы знаете, — сказала она, — я где-то слышала, что замкнутое пространство способствует обострению мыслительного процесса. — Так вот, — Эван выдержала драматическую паузу, — это правда.
Лея и Тира переглянулись. На их лицах было написано одно и то же.
Перетрудилась.
— Я это к чему говорю, — улыбнулась Эван, глядя на озадаченные лица подруг. — Мы её где искали? Среди живых. А надо было среди мёртвых.
— А это мысль! — воскликнула Тира. — Завтра именно так и сделаем. Как говорится, никогда не делай сегодня того, что можно сделать завтра… или послезавтра.
— Кем говорится-то? — сардонически усмехнулась Лея.
— Ну… в основном, тобой же. Причём постоянно доказывается делом. Ладно, давайте ложиться спать, а то скоро дежурный по комнатам пройдёт — мало не покажется.
— Ага, — Эван душераздирающе зевнула. — Точно.
Дежурный и впрямь пришёл, однако не за тем, чтобы учинить им выволочку за нарушение распорядка дня. Он раздражённо постучал в дверь перед тем, как её открыть — всё-таки комната была женская, и резко её распахнул, надеясь, видимо, застать её обитательниц в самом центре какой-нибудь разнузданной вечеринки. Однако сегодня удача была не на его стороне. Печально оглядев свернувшихся под одеялами Тиру и Эван, а также Лею, сидящую с книгой за письменным столом, он вздохнул и протянул последней узкий белый конверт.
— Вам письмо, — буркнул он, глядя в сторону ванной.
— Спасибо, Макс, — Лея взяла его в руки. — А кто… — она осеклась, с изумлением глядя на захлопнувшуюся за спиной старшекурсника дверь.
С верхних кроватей захихикали.
— Да ладно вам, — Лея покраснела. — Всего лишь забыла одеть брюки. Можно подумать, что вы перед сном в полной выкладке ходите!
— Обратного адреса там, конечно же, нет? — поинтересовалась Тира, свешиваясь со своей полки, и, получив утвердительный ответ, продолжила. — Ставлю голову на кон, что принёс его тоже неизвестно кто, и у дежурного мы на этот счёт абсолютно ничего не узнаем.
— Может, всё-таки откроем? — Эван, забыв о том, что ещё пять минут назад буквально валилась с ног, шустро спрыгнула с кровати и поспешила дать полезный совет — как же, происходит что-то интересное — и без неё!
— Здравая мысль, — Лея сунула письмо в руки сестры. — Вот ты и открывай. Мне что-то не хочется.
Эван повертела в руках плотный белый конверт.
— Знаешь, мне тоже как-то… расхотелось, — произнесла она. — Лея, это очень странно, но на конверте нет никаких ментальных отпечатков, кроме твоих и Макса.
Девушки уставились на конверт так, словно серьёзно подозревали его отправителя в намерении инфицировать весь корпус бациллами ператонианской чумы; затем Эван вздохнула, разорвала конверт, и извлекла из него лист бумаги, аккуратно сложенный вчетверо. На бумаге безликим компьютерным шрифтом было отпечатано следующее послание.
«Уважаемые Эван и Лея! Поскольку сегодня утром разговор у нас не получился, я решила прибегнуть к этому опосредованному способу общения. Я настоятельно советую вам успокоиться и подумать над моим предложением, которое вы, по здравому размышлению, несомненно, признаете выгодным. Я представляю собой организацию (пусть вас не смущает это выражение), которая предоставляет людям, наделённым особыми способностями, широкие права и полномочия — после особого курса подготовки, конечно — о которых другие могут только мечтать. Возможности и перспективы, открывающиеся после такой подготовки, практически неограничены. Вы должны понимать, что ваши, безусловно, уникальные для вида Homo sapiens, пси-способности, должны получить соответственное развитие. Если же вы и впредь будете отвергать моё предложение о сотрудничестве, мне придётся прибегнуть к иным, более настойчивым, методам убеждения. Каким именно — решать буду уже не я.