— Сэлв — наполовину испанец, — рассмеялась Лея, глядя на недоумённое лицо подруги. — И темперамент у него соответственный. Иногда так разойдётся — даже мне страшно. Но он никогда не перейдёт грань — он же всё-таки наполовину вулканец… хотя иногда и сам об этом не помнит. Если вы не против, я бы хотела немного побыть одна. Передайте конспект Т'Арии, хорошо?
С этими словами она встала со скамейки и шагнула на одну из каменистых дорожек, уводящих в самые заросли парка. Тира и Эван остались сидеть рядом с отремонтированным спидером.
— На неё нашла блажь, — сказала Эван спустя минуту.
— Чистая правда, — ответила Тира. — Кстати, что у нас сегодня на ужин?..
Повстречав пару сокурсников и будучи совершенно не настроеной при этом на светскую беседу, Лея свернула с парковой дорожки и присела на корень дерева, вытирая грязные руки носовым платком. Да-а… Ситуация. Нет, в том, что Сэлв рано или поздно придёт в себя и даже будет с улыбкой вспоминать этот период истерической в неё влюблённости, Лея и не сомневалась. Беспокоило другое. Раньше ей ещё никогда не случалось видеть будущее. Конечно, видение было смутным, отрывочным, почти неуловимым, но оно было!
Плохой знак. Лея покачала головой. Хуже некуда.
Внезапно её внимание привлекли чьи-то сдавленные всхлипывания за кустами. Интересно, кому же это здесь ещё более хреново, чем мне, подумала Лея, продираясь сквозь плотные заросли, и отчаянно надеясь, что не обнаружит там старшекурсника, от которого она гарантированно получит по шее плюс добрый совет не лезть в чужие дела в дальнейшем. В лучшем случае. О худшем думать как-то не хотелось. С громким треском преодолев последние полметра, она вывалилась на маленькую поляну, окружённую тройным кольцом дикого шиповника, и нос к носу столкнулась с зарёванной мордашкой Микаэлы Борде, юного технического гения с планеты Таурус-2. Девочка была принята в Академию не столько в виде поощрения, сколько потому, что Федерация не хотела потерять контроль над подобным источником технического превосходства в области кораблестроения над другими расами в будущем. Но ведь Микки была ещё и просто ребёнком! Должно быть, её родители были невероятно амбициозны или столь же невероятно глупы, если решились отправить своего ребёнка на неизвестную планету в гордом одиночестве. Я бы, например, ни за что не решилась. Никого нельзя лишать детства, какие бы великие перспективы за этим не стояли.
— Привет, Микки, — Лея решила начать разговор первой, потому что девочка этого сделать явно была не в состоянии.
— П-привет, — икнула та, в последний раз проводя под носом рукой, выпачканной в земле. — Что вы здесь делаете? Это моё место.
— Так уж и твоё, — ворчливо отозвалась Лея, вытаскивая из волос колючки. — Я тоже, может, хотела бы пореветь в гордом одиночестве, только вот, понимаешь, на завтрак сегодня были жареные помидоры, а у нашей Линки такой слабый пищеварительный тракт… короче, туалет занят. Вот я и подумала, что это место мне вполне подойдёт… нет, не в качестве туалета, у Линки, конечно, хороший аппетит, но не до такой степени, чтобы его последствия засорили все три унитаза… просто я ищу такое место, где можно хорошо пореветь, и где ко мне никто не пристанет, выясняя, что у меня случилось. Как насчёт этого?
— Не годится, — Микки невесело усмехнулась. — А у Линки правда диарея?
— Не могу сказать ничего конкретного, — вздохнула Лея, — но два часа назад она довольно шустро бегала в ту сторону. Причём не один раз. Простая логика подсказывает мне, что она там не одуванчики собирает.
— Хорошо бы, — на лице у девочки появилось мечтательно-мстительное выражение. — Она такая противная…
— И что на этот раз?
Девочка вздохнула. Лея тоже. Да-а, Микки совсем не была похожа на неё или Эван в том же возрасте. Это был милый, добрый и застенчивый ребёнок, абсолютно неспособный постоять за себя в сложной ситуации, и живущий лишь в мире прочитанных книг и собственных фантазий.
— Сегодня я исправила её ответ на лекции, помните? — призналась, наконец, Микки.
— Конечно, тебя ведь Джонсон вызвал, ты и исправила. Что такого?
— Да, а она разозлилась просто ужасно и сказала мне после занятий, что я могу сколько угодно выпендриваться, только это мне всё равно не поможет — меня так и так через месяц выгонят… — девочка вновь начала угрожающе шмыгать носом. — А меня, знаете, как родители ругать будут, если я из Академии вы-ы-лечу-у-у?..
— Э, э! — Лея испуганно вытерла девочке нос, вполне обоснованно опасаясь того, что по части звуковых эффектов в том же возрасте девочка может не только составить ей достойную конкуренцию, но даже в чём-то и превзойти. — Почему это ты должна вылететь из Академии?