Внезапно морозную тишину октябрьского утра разрезал пронзительный детский визг.
— Всё, нам пора, — Лея вскочила на ноги. — Видишь отверстие в земле, почти незаметное? Это они вентиляцинный люк открыли, чтобы светлее было. Большая ошибка. Странно, почему мне кажется, что во всём этом есть что-то знакомое?!
Над головами офицеров раздался лёгкий шорох, затем слабый утренний свет был перекрыт чьей-то тенью, и на пол блиндажа мягко приземлился кто-то из курсантов. Ещё один… Джонсон рефлекторно шагнул назад и прижался к стене. Кажется, первоначально эти учения задумывались как спортивная игра, а не как террористическая вылазка…
— Сдавайтесь, генерал, вы окружены!!!
— Совок, лови одеяло!
— Лея, да их тут больше, чем один!
— Мочи всех!
— Ребята, вы в своём уме?!
— А-а-а!
В темноте было трудно ориентироваться, но Совок и Лея быстро скрутили двоих, накинув им на головы одеяла и связав кусками нейлонового шнура.
— Это не Джонсон, — с удивлением констатировал Совок, связывая руки своему пленнику. — Джонсон выше и плечи у него шире.
— И это тоже не Джонсон, — эхом откликнулась Лея. — Слишком худой. А у генерала килограммов двадцать лишнего веса, если не все тридцать, его и бульдозером не сдвинешь.
— Что-о-о?! — взрыкнул из своего угла Джонсон и тут же прикусил себе язык, стремительной тенью кидаясь в другую сторону. Ну, подумаешь, пара лишних килограммов! Он вовсе не толстый!!!
— Всё равно они очень здоровые для охраны, — Совок отпинал офицера поближе к дверям.
— Наверное, из восьмой группы, — Лея отвесила своему пленнику подзатыльник. — Они там все, как на заказ, под два метра. Под глаз мне заехал, гад! Синяк будет…
— Где же Джонсон? — пробормотал Совок, вглядываясь в темноту. — Генерал, штаб захвачен, и сопротивление бесполезно. Сдавайтесь.
— Спрятался, — Лея удачным пинком отправила свою жертву к той стене, где уже сидел смирившийся со своей судьбой Литгоу. — Ничего, сейчас повяжем. Не может же он прятаться вечно!
Спорим, что могу… Джонсон сделал ещё пару шагов к двери и вновь распластался по стене, борясь с подступающим хохотом. Представляю, какой сюрприз ожидает этих двоих, когда они снимут упаковку со своих пленников! Врагу не пожелаешь…
— Лея, ты что-нибудь видишь?
— Нет. Зато чувствую…
— Ребята, вы всё перепутали, — попробовал было спасти ситуацию Джон, но курсанты не узнали голоса своего командира.
— Ты права, — согласился Совок. — Они точно из восьмой группы.
— Вот он! — внезапно возвестила Лея, кидаясь куда-то в темноту. — Сюда!!!
— Быстрее! — Т'Ария повернулась к Эван. — Что-то наши затихли — то ли взяли в плен Джонсона, то ли Джонсон взял в плен их. Ну же, Эван!
— Готово! Однако если те, кто войдёт сюда, увидят, что нет ни знамени, ни кристалла, они могут сразу ломануться к Джонсону и отобрать у нас раритеты — да и его самого — до того, как он объявит о конце игры…
— Нет проблем, — Т'Ария вынула из Ваниного плейера кристалл и опустила его в паз взамен того, что они взяли, после чего заблокировала лежащую на нём информацию при помощи уже известной им программы. — Это их немного задержит.
Снаружи раздался глухой удар в дверь.
— Кажется, нам пора, — Эван схватила Т'Арию за плечо и потащила к соседней двери, где должны были находиться Совок, Лея и предположительно пленный Джонсон. — Чёрт! Да здесь же мрак кромешный!
— Всё в порядке, — Лея нашла на стене распределительный щит и чем-то щёлкнула на нём пару раз.
Спустя пару секунд на потолке вспыхнула лампа аварийного освещения, и Эван тихо ахнула. В центре комнаты, связанный по рукам и ногам, сидел генерал Джонсон и ржал как зарезанный.
— Ребята… ребята, если б вы только знали, кого вы взяли в плен… если бы вы знали, ребята!..
— Он уже пять минут это твердит, — Лея припёрла дверь табуретом. — Не обращай внимания, это провокация.
— Да скажите же им!..
Однако два других субъекта, с головой укутанные в одеяла и тщательно повязанные для надёжности синтетическим шнуром, хранили гробовое молчание, сидя у стены возле двери.
— Дело ваше, конечно. Но если б вы только знали…!
— Молчите, генерал Джонсон! — сказала Лея. — Сейчас вы военопленный, и слова вам пока никто не давал. Как только штурмовой отряд нашего фронта управится с охраной, мы выведем вас отсюда, и вы объявите об окончании игры.
— Игра не может считаться оконченной, пока кто-нибудь не заберёт из блиндажа раритеты, — возразил генерал.