«Клингонские сволочи!» — прозвучало вдруг у него над самым ухом. Н'Кай резко обернулся. Позади него сидел лопоухий юнец и яростно сверкал глазами поверх микроскопа. Ромуланец поднял бровь, ожидая продолжения реплики, но юнец лишь показал ему оттопыренный вверх палец правой руки (который именно, Н'Кай не успел заметить, так мимолётен был жест). Тем временем его «подопечные», словно ничего не слыхали, продолжали делать вид, что ловят каждое слово лектора. А, может, и впрямь ловили — им ведь предстоит экзамен по итогам этого ускоренного курса. Да, экзамен предстоит всем им… Однако не могли же они просто проигнорировать подобное оскорбление! Вынужденный ежедневно общаться с клингонскими курсантами, Тард неплохо изучил их. Типичные представители своей расы — гордые, фанатичные, цепкие и весьма вспыльчивые молодые «кабанчики».
«А, чтоб вас засунуло в…» — донеслось до Н'Кая с того же места. Но это же анатомически невозможно! — подумал ромуланец. И мгновенно покрылся ледяным потом — он понял, что наглый землянин вовсе не произносил эти ругательства вслух. Но это же значит… неужели к нему возвращается Дар?! Да нет, не может быть! Н'Кая затрясло. Он снова обернулся и посмотрел на паренька с такой надеждой во взоре, что тот оторопел и укрылся за монитором. Напор эмоций спал. Последним, что сумел уловить Н'Кай, была почти физическая тоска по погибшему — ясен пень, что от рук клингонов — отцу. Больше ромуланец ничего разобрать не сумел, но этого и не требовалось. Остальные курсанты, очевидно, относились к клингонской делегации более лояльно. Злосчастный агент покинул аудиторию в полном смятении.
— …и кого же я вижу?! Н'Кая Тарда собственной персоной! Подумать только, продаться клингонам! Удушу мерзавца своими руками! — кипятилась Эван тем же вечером в их с Тирой комнате, где, кроме них двоих и файров, никого не было.
Сначала Тира не могла понять бурную реакцию подруги на эту встречу со старым знакомым, но после соответствующих комментариев разделила негодование Эван. Впрочем, для собственноручного удушения предмет столь сильных чувств был абсолютно недоступен, ибо вся делегация с Клинжая, включая сопровождающего, все эти три недели с момента прибытия обитала на их корабле, категорически отказавшись переселиться в общежитие, к вящей радости остальных курсантов Звёздной.
— И всё-таки… — сказала Тира после некоторого молчания. — Ты не хотела бы поговорить с ним на эту тему лично?
— Да ну его, — буркнула Эван, аккуратно убирая мундир в стенной шкаф. — Я ему даже на глаза показываться не стану.
— Слушай, а, может, его просто наняли на работу?
— Как же! Будет этот за жалование париться! Не иначе, куш ему светит, и не малый!
— Да… — глубокомысленно согласилась Тира. — Тут какая-то тайна…
— …и, что, ни разу? Даже невольно? — допытывалась Агата Бестер.
— Что вы! Я же знаю правила! — Алекс наивно округлила глаза.
Агата слегка поморщилась. Каких трудов ей стоило добиться, чтобы Александру Форд допустили к работе скрытого наблюдателя при клингонских гостях — и вот, на тебе, её милая честность выходит им боком. Мисс Бестер интересовали, конечно, не тупоголовые клингоны, а их постоянный спутник. Когда ещё выпадет случай просканировать ромуланца?.. Если бы только в Алекс было побольше здорового любопытства… и это при том, что её новые подруги с Вулкана теперь практически недоступны — в силу всё той же «порядочности». Решительно, зря Агата понадеялась эту Форд, выбирая темой диссертации «Особенности телепатии у инопланетных рас». Не видать ей степени, если её подопечная не отступит от своих ребяческих принципов. Чем бы её подтолкнуть? Может, сыграть на симпатиях? Ромуланец — парень весьма привлекательный. Хотя… Агата с сомнением посмотрела на излучающую безмятежность девушку. Этой же сначала придётся про пестики-тычинки втолковывать… Куда только смотрят её опекуны? До старости будут её содержать?