Значит, Эван всё-таки услышала его! Услышала — и поняла.
Впервые за много дней груз безнадёжности, лежащий на его плечах, немного ослабел.
— Матерь Божья, что вы там устроили, в аудитории? — воскликнула Тира, как только они вышли в коридор.
Алекс и Эван, перебивая друг друга, рассказали ей подробности ментального контакта с ромуланцем.
— Ну вот, как обычно, всё самое интересное — и без меня! — буркнула Тира, пиная ботинком пластину лучевого обогревателя, прикреплённую под подоконником. — И какие вы сделали выводы?
— Война — это угроза, — уверенно сказала Алекс.
— Кому и от кого? — спросила Тира.
— Земле от клингонов, конечно! Разве есть варианты? — пожала плечами Эван.
— Вот и я тоже так думаю, — продолжила Алекс. — Но молнией нас ударил не клингон. Разве Н'Кай тоже опасен?
— Нет! — воскликнула Эван. — Молнией ударило самого Н'Кая, а в нас попал уже рикошет. То есть мы не можем…
— …рассчитывать на него, — закончила Тира.
— Точно! Мне и до этого казалось, что клингоны его как-то контролируют, а теперь мы это знаем наверняка. И это «как-то» связано с его рукой, — сказала Алекс.
— Слушай, — прервала её Эван. — Всё это понятно, но что такое было у него с головой? Как будто замочная скважина…
— Замок… ключ… О Господи! Ключ!!! — завопила Алекс и тут же заткнула себе рот кулаком. Глаза у неё были круглые-прекруглые.
— О чём ты? — Тира поневоле понизила голос, глядя на подругу.
— Джон в опасности! — метнулась к лестнице Александра.
— Я с тобой! — Эван рванула следом.
— Куда?! — схватилась за голову Тира. — Через два часа отбой!!!
— Какой ещё отбой! Хватай сумку и бежим! — накинулись на Тиру разбуянившиеся телепатки.
Голос рассудка умолк. Бывают в жизни моменты, когда его звук просто неуместен.
…Совещание в доме Литгоу продлилось несколько часов, по истечении которых Джон, оставив троицу на попечение жены, поехал в Академию, понятия не имея, как он будет там объяснять, каким образом Великий Секрет стал известен вероятному противнику.
— …Интересно, как мы тут все поместимся? — Эван иронически оглядела комнатку Алекс, уставленную книжными полками.
— Обыкновенно, — пожала плечами Тира. — Вы с Алекс прекрасно выспитесь на диване, а я могу и на полу поспать. В отличие от нашей принцессы, я вполне на это способна.
— Лея… — Алекс потёрла лоб. — Я вот о чём думаю. Индиана, конечно, умница и ситуацию эту он, вне всякого сомнения, разрешит. Не знаю, когда и как, с проблемами или без (и, зная его, скорее всего — «с»), но разрешит. С Н'Каем вашим… хм… теперь уже, видимо, нашим — тоже, вероятно, всё будет отлично. Но…
— Что?
— Что нам делать со Скайуокером?
— Это в смысле? — оторопели Эван и Тира.
— Лея, Ванька и Сэлв по-прежнему остаются на Клинжае!!!
Дневник Леи Т'Гай Кир.
«…Они, наверное, думают, что мы — подопытные йии. Ужас.
Недавно Алекс меня спросила, почему я не веду дневник. А я ответила, что веду, только очень редко. Смысл?.. Я ведь трепло ужасное и, так или иначе, всё равно всем расскажу о том, что со мной произошло; а то, что не расскажу, то и в дневник записывать не стану. К тому же, рано или поздно, любой мой дневник превращается сборник кратких эссе, а также набросков к старым и новым книгам и рассказам. Да-да, я всё ещё сочиняю на досуге, хотя история уже однажды ясно дала мне понять, что с этим следовало бы покончить раз и навсегда. Чтобы не повторять одну и ту же ошибку дважды, теперь я пишу только о прошлом. Меня даже пару раз публиковали в „Академии Сегодня“ — к вящему восторгу моих друзей, которые уже начинают интересоваться, откуда я так хорошо знакома с довоенной историей человечества. Я имею в виду не Тиру, Эван и Алекс, конечно — эти и сами такого могли бы рассказать, если бы захотели! Только не хотят. Так что у меня опять эксклюзив. Ничего нового…
…А вчера Микки нам на прощание тако-о-ое устроила! Как же!.. Её дорогие приёмные родители — Ванька и я — сдурели до такой степени, что решили образцово-показательно свести счёты с жизнью через улетание на Клинжай-2 в компании двух чокнутых вулканцев и иже с ними. В какой-то момент я вполне серьёзно опасалась, что Алекс завершит свой жизненный путь с позором, удушенная ребёнком… Однако обошлось. „Ва-а-аня! Я ваша навеки!!!“ Клянусь, до этой фразы оставался буквально один шаг. Лично меня всё это уже начинает настораживать… На прощание она щедро оросила слезами наши с Ванькой парадные мундиры, и клятвенно заверила, что никаких других друзей себе больше никогда уже не заведёт (ну, разве только пару хомяков или черепашку) и будет помнить нас вечно (то есть что-то около месяца).