— Вам не по силам причинить мне боль хуже той, что я пережила в прошлом, — Лея отдёрнула руку и попятилась. — Не делайте этого больше.
— Не делать чего? — Сорел почувствовал, что его боль уходит, а ситуация начинает забавлять.
— Ничего, — Лея спрятала руки за спину, краснея ещё больше, хотя дальше, казалось, было уже некуда.
— Мне проводить тебя до дома? — вежливо поинтересовался Сорел.
— Да, только этого мне и не хватало для полного счастья… Боже, и откуда только на Вулкане берутся такие, как вы?
— Наверное, оттуда же, откуда такие, как ты — на Земле.
— Спокойной ночи, Сорел, — отрезала Лея.
— То есть — разговор окончен? А я-то уж понадеялся, что ты решила посвятить мне остаток своей жизни… — разочарованно протянул Сорел.
— Ва-а-ам?! — прошипела Лея. — Да пусть меня лучше ле-матьи сожрут!
— Это можно устроить. А что? Выходи за меня замуж, я тебя в школу на аэрокаре возить буду, мне всё равно по дороге…
— Идиот! — Лея готова была огреть его по голове чем-нибудь потяжелее, забыв, что ещё минуту назад утешала в самых высоких выражениях. — Я всё отцу расскажу!!!
Она развернулась и убежала домой.
Сорел посмотрел ей вслед и кисло улыбнулся. Разговор немного улучшил ему настроение. Жениться на Лее — вот уж действительно анекдот! Кто захочет жениться на Лее? А вот удочерить такую отчаянную девчонку он бы, конечно, не отказался. Что ж… и в этом ему не повезло.
На следующий день, вернувшись из школы, девочки обнаружили Спока на кухне, погружённого в чтение томика стихов Лираса.
— Спроси, — толкнула Лея локтем в бок Эван.
— Сама спроси! — прошипела та.
— Ты с ним вчера говорила!..
— Стало быть, сегодня твоя очередь!!!
Далее последовал диалог на уже знакомом Споку мелодичном языке, перемежаемый хихиканьем и шиканьем. Некоторое время Спок с удовольствием прислушивался к этой детской возне за дверями, вспоминая о том, как когда-то сам вёл себя примерно таким же образом по отношению к своему старшему брату Сайбэку… как приятно сознавать, что всё идёт по кругу. И лишь услышав знакомое (за пять лет и не такое запомнишь) «чёрт тебя побери!», Спок сообразил, наконец, что именно этот язык является родным и ещё для одного его знакомого. Чехов, юный энсин с «Энтерпрайза», тоже говорил на этом языке.
Очаровательно, отметил про себя Спок, а вслух произнес:
— Я отвечу на все ваши вопросы, если хотите, но будьте так любезны, войдите, наконец, в дверь.
В поле его зрения появились две пунцовые мордашки. Споку это было знакомо — в подобный оттенок очень часто окрашивалась физиономия Павла, когда его распекал Джим. Эквивалентом подобного состояния у вулканцев являлся тёмно-оливковый оттенок кожи; к счастью, со взрослыми это происходило достаточно редко.
— А чем закончилась эта история? — спросила, наконец, Эван.
— Всё разрешилось благоприятно, — ответил он.
— «Благоприятно» — это не ответ, — брякнула Эван, покраснела вторично и спряталась за Лею.
Верно, усмехнулся про себя Спок, не ответ. Но большего тебе пока и не надо.
— Всё, что вам нужно знать, — сказал вулканец, — так это то, что вы можете спать спокойно. Ни осколка, ни сферы больше не существует.
Как, впрочем, и Спета, с холодным равнодушием, ужаснувшим её саму, отметила Лея.
— Но, — продолжил Спок, — вы очень помогли. Точнее, ты, — он остановил свой пристальный взгляд на Эван. — Я передаю тебе общую благодарность от капитана Кирка и службы безопасности Шикхара в лице мистера Сорела…
Интересно, подумала Лея, если Эван запихнуть в ванную и выключить свет, она будет светиться в темноте?
О том, как сама накануне вечером заливалась краской при разговоре с Сорелом, она предпочла позабыть. Самой же Эван казалось, что ещё немного — и она просто рассыпется в пепел.
— …и кое-что от себя лично.
Спок убрал книгу со стола и взял с его поверхности вещицу, которая до того лежала под фолиантом.
Эван увидела небольшую шестигранную пластину из серебра, покрытую сверху эмалью белого цвета с еле уловимыми серыми разводами, на поверхности которой чёрной краской был нарисован символ принадлежности к роду С'Чн Т'Чай, точнее, его дипломатической линии. Точно такой же, только крупный, с восемью гранями, надевал на официальные приёмы Сарэк.
— Я носил его в детстве, — Спок расправил цепочку и повесил медальон на шею Эван.
Та окончательно засмущалась и выбежала в коридор.