Человек так и не понял, что имела в виду Лаймиринга. Она ушла и вскоре оказалась на бирже. Молния пролетела через космос и Лаймиринга оказалась на самой далекой планете. Через несколько часов там уже был открыт ее счет. Лаймиринга оставила для его управления свое уствойство связи и вернулась назад. Теперь все было просто. Имелись две биржи, работавшие на разных планетах, но связанные друг с другом. Между ними постоянно производились расчеты, покупалось и продавалось золото, цены на которое немного колебались в течение одного дня. Период колебаний составлял промежуток времени несколько больший, чем время, которое проходил радиосигнал с одного конца на другой.
Теперь все было просто. Лаймиринга вкладывала деньги в ту позицию, которая шла на повышение, а что бы знать что произойдет через несколько часов ей было достаточно получать информацию на несколько часов раньше остальных людей.
И она делала это с помощью связного устройства на другой планете.
Один процент, два процента, еще один, еще два… Счет Лаймиринги был совсем мизерным. Она продала немного золота и теперь играла на нем…
Десять процентов прибыли за неделю. Можно было поступать и иначе. Получить несколько килограммов алмазов, и в руках Лаймиринги были бы миллионы. Но это было бы сложно представить людям. Алмазы не могли возникнуть из пустоты…
Она шла иным путем.
Какой-то банк выдал ей кредит. Под один процент в неделю. Сумма была все еще не так высока, но в несколько раз превышала капитал Лаймиринги.
Рост ее состояния резко пошел вверх. Прошел почти целый месяц. Кто-то заметил, что Лаймиринга получала большие прибыли на бирже и это подстегнуло кредиторов. Кто-то просто решил передать под ее управление свои капиталы…
− Миллион. − произнесла Лаймиринга, глядя на свой счет. Это был ее миллион. И в это время под ее управлением было еще тридцать миллионов чужих денег. Условия были простыми. Два процента в неделю, а остальные проценты пополам с хозяином.
Это могло продолжаться сколько угодно, но в какой-то момент все кредиторы внезапно обнаружили, что их сроки истекли. Лаймиринга выплачивала деньги и не заключала новых контрактов. Кто-то пытался уговорить ее продолжить дело, но она не хотела. У нее уже было достаточно своих средств и теперь что бы получать прибыли ей почти ничего не надо было делать.
На бирже просто работал ее компьютер, который давал распоряжения на операции по счету… Прибыль шла сама собой. Просто от того, что Лаймиринга имела информацию за несколько часов до остальных людей…
Она просто веселилась. Гуляла по городам, встречалась с самыми разными людьми и вела себя совершенно свободно. У нее давно был настоящий документ и в этом мире уже не было ничего недоступного ей.
Прошел целый год. Миллион Лаймиринги превратился в десять миллионов и никто не мог понять в чем был секрет ее успеха.
Путешествия Лаймиринги продолжались. В какой-то день она оказалась рядом с университетским комплексом столицы. Она прошла через парк и вошла в здание физического факультета. Студентов видно не было. Все были на лекциях и Лаймиринга пройдясь по коридорам зашла в одну из аудиторий, в которой шла лекция.
− В чем дело? − спросил лектор, останавливаясь.
− Я хочу узнать, с кем здесь можно поспорить на счет существования сверхсветовых скоростей? − спросила Лаймиринга.
Зал грохнулся со смеху.
− Каждому школьнику известно, что таких скоростей не существует. Я прошу вас покинуть зал.
− Вы не можете ответить на простой вопрос?
− На него уже давно есть ответ. Сверхсветовых скоростей не существует.
− Я спросила не об этом, а о том, с кем можно поспорить на эту тему?
− Идите в детский сад и спорьте там сколько хотите. − ответил лектор. − А теперь покиньте аудиторию. Вы срываете лекцию.
Лаймиринга вышла и прошлась по коридору. Она остановилась около доски объявлений, а затем в ее руке возникла бумага и она повесила свое объявление.
"Сверхсветовые скорости. Дискуссия с Лаймирингой Крылев."
Она назначила время и написала где это будет происходить, выбрав пустую аудиторию по расписанию.
Послышался звонок, студенты появились в коридоре и кто-то посмеялся над объявлением. Затем оно было сорвано кем-то, но Лаймиринга повесила его вновь, сделав на этот раз три бумаги.
В назначенный час аудитория была пуста. Рядом не было даже любопытных. Лаймиринга некоторое время просидела в ней одна, а затем появился какой-то человек.
− Вы чего-то ждете? − спросил он. − Никакой дискуссии не будет.