— Вы используете апельсины?..
— Да, я очень просил… — ответил Тадзимамори-но-микото, опуская взгляд на истерзанные фрукты. — Хотя быть может, просто зря капризничал…
Ёсихико заметил, как поник бог, и решил подбодрить его:
— Капризничал ты или нет, остаётся только пробовать. Тем более, что пришла Хонока. Надо было вообще её с самого начала позвать.
Они допустили крупную ошибку ещё когда вздумали справиться с заданием силами двух ничего не понимающих мужчин и такого же бестолкового лиса. Почему ему не пришло в голову раньше, что делать сладости — женская работа?
— Мать вернётся в пять, у нас есть время на ещё одну попытку. Главное сделать крем, а остальное легко.
Теперь, когда с ними Хонока, можно с чистой совестью поделиться на две команды: одна займётся тестом, вторая кремом. Конечно, Тадзимамори-но-микото поначалу хотел сделать всё сам, но уже настолько разочаровался в себе, что сейчас ему достаточно хоть каких-то успехов.
— Ладно, Хонока, можешь заняться тестом? Рецепт вот, мука вот. Пользуйся всем, чем захочешь.
Ёсихико растормошил понурого Тадзимамори-но-микото и собрался вновь заняться апельсиновым кремом.
— Хонока?..
Когда Ёсихико выбросил в ведро испорченные апельсины и вымыл кастрюлю, он заметил, что Хонока стоит на месте, сжимая в руках пакет с мукой.
— Протрясти муку… — прошептала она, вглядываясь в рецепт.
Только тогда в голову Ёсихико закралось сомнение. Он безоговорочно доверился Хоноке просто потому, что она девушка, но ему не пришло в голову спросить, доводилось ли ей делать сладости. Ёсихико полагал, что хотя бы печенье она пекла, но откуда в нём эта уверенность? Впрочем, если она хотя бы знает названия кухонной утвари и ингредиентов, от неё уже будет польза.
Если она, конечно, не…
— Хонок… — нервно повторил Ёсихико, но голос его оборвался, когда он увидел, как Хонока остервенело затрясла пакет с мукой. Голова лакея бессильно свесилась.
***
— Прости, что так получилось…
Третий эксперимент закончился незадолго до возвращения матери. Впопыхав прибрав кухню, Ёсихико вызвался проводить Хоноку до дома.
— Ты меня прости, что побеспокоил.
Это Ёсихико наивно решил, что любая девушка легко справится с готовкой и свалил на Хоноку ответственную работу. Он украдкой посмотрел на её бледное лицо, стараясь не обгонять. Когда Ёсихико понял, что у Хоноки тоже почти нет опыта, попытался объяснить ей что делать. Параллельно с этим ему приходилось напоминать Тадзимамори-но-микото, чтобы тот не слишком усердствовал, и предупреждать Когане не вмешиваться. Ёсихико боролся как мог, но в конце концов у них получился только крем. Когда они достали из духовки тесто, оказалось, что оно наполовину поднялось, а потом снова сдулось. Хонока перепутала сахар с солью и сильно расстроилась, что допустила такую банальную ошибку.
— Знала бы, что придётся, пекла бы в своё время сладости… — тихо обронила Хонока.
У Ёсихико кольнуло в груди. По разговорам с ней и Котаро он знал, что из-за особых глаз у этой девушки практически нет друзей. К тому же её отец и мать сильно заняты храмом, так что никто бы не помог ей учиться.
— А-а, Ёсихико… — решившись, заговорила Хонока, когда Ёсихико в очередной раз мысленно отчитывал себя. — М-можно я и завтра приду помочь?.. Завтра суббота, планов у меня нет… — предложила она и тут же потупила взгляд. — Правда я не знаю, будет ли он меня толк…
Ёсихико чуть было не засмотрелся на её лицо, но опомнился и выпрямился.
— К-конечно, твоя помощь будет очень кстати. Мы все новички, так что приходи, будете учиться вместе с Тадзимамори.
Дом Ёсихико загадочным образом превратился в кружок кондитерского дела, но жаловаться он не мог. И вообще, пусть лучше будет хотя бы одна очаровательная школьница, чем просто троица перепачканных мукой мужиков.
— Кстати, если у нас хорошо получится, можешь взять угостить Накисавамэ-но-ками. Уверен, она обрадуется.
По весне она радовалась даже клубнике, так что и профитроли наверняка съест с радостью.
Хонока слегка улыбнулась и ответила:
— А главное, если получится, Тадзимамори-но-микото сможет поверить в себя…
Когда на третий раз у них получился апельсиновый крем, Тадзимамори-но-микото уже расчувствовался настолько, что заплакал, а ведь главное ещё впереди.
— Знаешь, какой-то он слишком уж неуверенный в себе. При жизни он был правителем, выполнил приказ императора, а после смерти превратился в бога. Даже с поправкой на потерю сил у него слишком низкая самооценка.
Ёсихико недовольно вздохнул и посмотрел в небо. Было ещё светло, но вместо солнца виднелись только угрюмые тучи. Сезон дождей уже начался, хотя сегодня осадков не обещали. По крайней мере, он должен успеть проводить Хоноку и вернуться домой, не промокнув.