Кэрри познакомилась с Анной Робб, литературным помощником, рекомендованным Фредом Лестером. Она оказалась аккуратной сорокалетней женщиной маленького роста в соответствующих ее возрасту туфлях и в свободном шерстяном свитере. Анна, казалось, неотделима от магнитофона «сони», который включила, как только вошла в жизнь Кэрри.
– Просто говорите, и все, – сказала она одобряюще. – Обо всем, о чем хочется. Потом я отберу, что нам нужно.
И Кэрри говорила. Сначала об одежде, потом о стиле, затем перешла к развлечениям. Скоро она уже рассказывала о своей жизни с первым мужем, Бернардом Даймсом.
– Нас окружали люди искусства, звезды балета, писатели. Бернард знал всех. Он был очень интересный человек.
– А как вы встретились? – поинтересовалась Анна, попивая чай с лимоном, которым угостила ее Кэрри.
– Я предпочла бы не касаться этого вопроса, – быстро ответила та.
Как опытный интервьюер, Анна тут же сменила тему.
За неделю они провели три сеанса записи, каждый по четыре часа. К концу срока Кэрри чувствовала себя совершенно свободно в обществе Анны и сказала, что может еще поболтать о моде, стиле, секретах красоты и диете. Анна ответила, что у нее уже есть все, что требуется.
– Как все оказалось легко! – воскликнула Кэрри.
– Для вас, – подчеркнула Анна. – Для меня настоящая работа только сейчас и начинается. Сначала я напишу книгу, затем разобью ее на части. Мы просмотрим, что у меня получилось, чтобы у вас не возникало замечаний. Затем начнем отбирать фотографии и решим, какие еще следует сделать.
– Как интересно! – восхитилась Кэрри.
– Если книга становится бестселлером, действительно нет ничего интереснее. – Анна улыбнулась. – Если она проваливается, нет ничего ужаснее.
– А как сделать так, чтобы вышел бестселлер? – наивно спросила Кэрри.
– Если бы я знала, Фред Лестер сейчас работал бы на меня, а не наоборот.
– Расскажите о нем, – попросила Кэрри. – Он производит очень хорошее впечатление. Он женат?
– Он вас интересует? – поддразнила ее Анна.
Кэрри растерялась. Почему он должен ее интересовать? Разведясь с Эллиотом Беркли, она больше не смотрела в сторону мужчин, и сейчас она слишком стара и слишком привыкла к одиночеству, чтобы начинать думать о новой связи. Кроме того, если у нее снова появится мужчина, ей придется рассказать всю правду о своем прошлом. А кто захочет иметь с ней дело, узнав о ней все?
Нет. Связи исключались. К ней снова вернулся Стивен, благодарение Богу. У нее есть друзья, немного, но есть. Чего еще остается желать?
– Конечно, нет, – ответила она сухо.
– Он вдовец, – сообщила Анна, укладывая магнитофон в сумку. – Но должна предупредить вас, что он живет с женщиной.
Кэрри умирала от желания узнать об этой женщине, но не стала развивать тему. Как стыдно, если Анна решит, что она домогается ее босса. Кэрри быстро заговорила о чем-то другом.
ГЛАВА 75
Лаки понятия не имела, как ей удалось досидеть до конца обеда. Она старалась не смотреть на Ленни и знала, что он тоже избегает глядеть на нее, но все оказалось напрасно. Их глаза постоянно встречались, и тогда, казалось, комната вот-вот полыхнет пламенем от пробегавших между ними электрических разрядов.
В течение обеда оба кое-что для себя прояснили.
Лаки, которая кроме книг читала в основном только « Ньюсуик», «Уолл стрит Джорнал» и «Блюз энд Соул» и никогда не смотрела телевизор, узнала, в основном от Алисы – та трещала без умолку, – что к Ленни пришел успех и он стал известной личностью и телезвездой.
– Разве ты не читала о нашей свадьбе? – воинственно спрашивала Олимпия. – О нас писали газеты всего мира.
– Нет. Мне как-то ничего не попалось на глаза, – вежливо ответила Лаки.
Олимпия обиженно надулась.
– А как же мой Ленни на обложке «Пипл»? Уж это-то вы видели?
– Простите, нет, – виновато призналась Лаки.
– Пусть он сам просит прощения, – мрачно заявила Алиса. – Он совсем выпустил меня из интервью. Но они скоро напишут и обо мне. Возможно, я и не попаду на обложку, ведь невозможно же получить от жизни все, что хочешь, не правда ли, дорогая?
Ленни точно знал теперь, кто такая его таинственная незнакомка. Она не только замужем за отцом Олимпии, но ее звали Лаки Сантанджело – та самая Лаки Сантанджело, что пинком под зад вышвырнула его из отеля «Маджириано» два года назад.
В один миг все встало на свои места. Теперь он понял, почему ему так неожиданно указали на дверь и вынудили бежать из города, как прокаженного.
Она хотела трахнуться.
Он не оправдал ее ожиданий.
«Избавься от сукина сына». Он словно наяву слышал ее приказ Матту.
Он разозлился, и не без оснований.
– Так это тот самый Ленни Голден, который совсем недавно имел огромный успех на сцене моего отеля? – переспросил Джино.
– Да, – ответил Ленни.
«Что здесь происходит? Семейное торжество? Лаки с отцом. Алиса восседает за столом с гордым видом главы рода. Боже! Все как в дурном сне».
– Вы побили все наши рекорды сборов, – заявил Джино. – Я сказал Матту, что хочу, чтобы вы снова у нас выступили в любое удобное для вас время. Более того, я проинструктировал его заключить сделку с вашим агентом, чтобы вы на эксклюзивной основе выступали у нас, скажем, по одной неделе каждые два месяца.
Лаки и не знала, что Джино по-прежнему следит за всем происходящим в отеле. Она полагала, что он только гребет деньги, и все.
Ленни Голден имел успех в отеле, а она ничего и не знала. Она чувствовала себя полной идиоткой.
«Но это больше не твой отель, – напомнил ей внутренний голос. – Ты продала свою долю, убежала. Так почему ты должна знать? И вообще, какое тебе дело».
Да, черт побери. Какое ей дело? Разве Ленни Голден занимает хоть какое-нибудь место в ее жизни? Ну, трахнулась – велика важность. Секс есть секс, и вообще очень жаль, что они опять встретились.
Неужели? Да, конечно.
После обеда часть гостей собралась на берег в ночные клубы.
– Я хочу идти, – объявила Олимпия Ленни. Она довольно нанюхалась и чувствовала в себе силы веселиться хоть всю ночь напролет.
Он, напротив, начинал ощущать на себе действие длительного перелета, не говоря уже о напряжении, которое испытал, отсидев обед прямо напротив Лаки.
– Я – пас, – сообщил он.
– Ну уж ничего подобного! – сердито заявила Олимпия. – Ты гулял целый день, пока я здесь торчала одна. А теперь мы идем по ночным клубам, и давай-ка пошевеливайся!
– Не разговаривай со мной таким тоном, – сердито ответил он.
– Я буду разговаривать с тобой таким тоном, каким мне угодно, – фыркнула Олимпия.
Ленни уставился на женщину, ставшую его женой. Маленькие голубые глазки на пухлом розовом лице. На ее накрашенных губах играла ехидная ухмылка, светлые кудряшки растрепались и поникли. Да, Джесс определенно права. Приступ сумасшествия.
– Слушай, – сказал он ровным и спокойным голосом. – Можешь разговаривать таким образом с кем тебе угодно, но никогда не смей говорить со мной, как с куском дерьма. Уяснила?
Олимпия не собиралась сдаваться. Она откинула волосы назад.
– Как я понимаю, ты не хочешь идти, – высокомерно молвила она. – Ну так я пойду и без тебя.
– Желаю приятно провести время.
– Непременно, – бросила она и гордо удалилась.
В каюте неподалеку Лаки пожаловалась Димитрию на головную боль. Он только обрадовался, что она остается.
Франческа, конечно, была готова и полна желания и сил. Она не стала интересоваться желаниями Горация.
– Ты останешься здесь, – сообщила она ему. – Ты же сам знаешь, как ненавидишь ночные клубы.
Поскольку Алису никто не приглашал, она решила сделать хорошую мину при дурной игре.
– Я поухаживаю за Горацием, – вызвалась она.
Франческа не обратила не нее внимания – она вообще имела привычку игнорировать окружающих, за исключением Димитрия.