Я могу лишь соглашаться и искать оправдания. Такая жалкая, что хочется плакать.
Ужин проходил в тишине. Недалеко от меня стояла Рита, и её присутствие, хоть и понимаю, что вынужденное, придавало мне хоть какого-то спокойствия. Я - чужачка в их доме, очередная благородная девица, что не может за себя постоять. В этот момент я всё равно, что добыча для стервятницы - строгой хозяйки особняка.
- Как тебе твоя комната? - раздался холодный вопрос, что вывел меня из размышлений.
- Она чудесна. Очень схожа с той, в которой я выросла. Я безмерно благодарна Вам за Ваши старания.
- Это прекрасные новости, Кристина. Если так подумать, то у Белослава вкусы в интерьере напоминают твои. Не хочешь ли ты подумать насчёт вашей общей с ним спальни вместе с приглашённым дизайнером? Свадьба уже не за горами, необходимо, чтобы всё было готово. Заметь, я спрашиваю твоего мнения – это уже больше, чем ты своим поведением заслуживаешь.
Меня передёрнуло в осознании. Свадьба не за горами. Общее ложе с нелюбимым человеком - уже скоро. Все мои страхи - осуществляются, а надежды хрупкие - рушатся. Прямо сейчас.
Руки мои застыли. Глаза, против воли, остекленели от зарождающихся слёз; я сглотнула острый ком в горле, но самоконтроль покинул и движения мои, и сердцебиение, и, что хуже, мысли мои, спутанные, загнанные. Губы нервно дрожали, и всё, что мне оставалось, это сжать их, впиваясь зубами в плоть. Почему сейчас? Почему именно с ними? Почему вся слабость, вся горечь выходит из меня от одного лишь жёсткого слова главы дома Лавр?
Я хочу домой. Я хочу к маме, к папе. Я хочу, чтобы они обняли меня и сказали, что это был лишь сон, дурное наваждение. Я проснусь в своей кровати, своей спальне, своём доме, и всё будет, как прежде.
- Кристина? - голос будущей матери пробил мою грудь насквозь.
Это не сон.
Ком в горле нарастал. Я сморгнула слёзы, что упали мне на колени, и быстро взглянула на женщину, сидящую напротив.
- Как скажите, мадам. На сегодня я очень устала. Начну думать об этом завтра, - я торопливо положила столовые приборы на тарелку и поднялась со стула. - Доброй ночи, - добавила я хрипло и, не оглядываясь, удалилась прочь.
Ноги принесли меня до чуждой спальни. Осторожно захлопнув дверь, я, сама того не ожидая, сползла вниз, всхлипывая всё громче и громче.
Бёдра мои коснулись холодного пола. Я сдавленно рыдала, марая рукава своего домашнего платья в слезах и слюнях. Плачь мой превращался в хрип, в икоту; невнятное "мамочка" - единственное, что я была способна произнести.
Всю оставшуюся ночь я провела в тени комода, не желая смотреть на лучи рассвета, пробивающиеся сквозь плотные шторы. В ненавистную комнату. В ненавистном мне доме.
Глава 6. Часть первая
Бесы с навесов собора сегодня смеялись особенно сильно: чугунные лица были искажены в гримасе гадкой и кощунственной, а переломанные пальцы вцепились в свои жезлы, словно были готовы начать второе пришествие прямо здесь и сейчас, возвращая тёмные головы собравшихся студентов к Великому окромя раньше срока. Разумеется, этого можно было не бояться - как известно, создания преисподней бояться воды.
Я бросила последний взгляд на украшавшие собор статуи и отвернулась, поправляя прядь за ухо. Обшитый кружевом и жемчугом зонт не только укрывал меня от дождя, но и кажется создавал невидимый купол, заглушая голоса столпившейся около ворот нечисти. Словно в своём маленьком домике, я чувствовала себя в безопасности, защищённая от одногруппников, от предстоящего скучного семинара, от мыслей о скорой свадьбе... Право, лучше бы так и осталась, стоя под дождём в тени мрачного, пожелтевшего от времени собора.
Заприметив в склоке резвящихся в грязи оборотней Богдана, я с вялым удивлением поняла, что сегодня мне совсем не хочется устраивать ему никаких лекций. Лишь смотрела, долго и упорно, терпеливо ожидая, когда он сам меня заметит и поймёт, что делает что-то не так. Как ни странно, моя тактика себя оправдала, и вскоре бурый волк отделился от стаи и весело побежал ко мне, превращаясь на ходу. Судя по всему, оборотень всё-таки пользуется моим подарком, духами, не пропускающими на одежду грязь. Что же, спасибо и на этом.
- Привет, ты как? - как и всегда Богдан лучился энтузиазмом; честное слово, если бы у него была какая-то визуальная аура, то мне бы пришлось прикрывать глаза, чтоб не ослепнуть.
Я ответила ему взглядом куда более хмурым. Для него негатив в большинстве случаев, как с гуся вода - отряхнулся и пошёл, а я вон, могу хотя бы не притворяться.