Эдда мерила шагами узкий козырек перед обрывом и стучала по земле длинной толстой палкой.
— Покажись! Покажись мне! — бормотала она. — Кем бы ты ни был, волшебным Медведем или падучей звездой, выйди и озари меня своим светом. Тук! Тук! — ударяла о землю палка.
Внизу темными волнами вздымались холмы и леса, да золотистые спинки пролетающих птах вспыхивали на солнце. Ветерок дразнил черные кудри Эдды, набрасывал их на щеки и лоб. Все вокруг было в движении, однако ничего не происходило.
— Это был не сон! — упрямо повторяла Эдда небу. — Мы побежали за Медведем, он спрыгнул отсюда, с этого самого места, а потом появился ты. Мы обе видели тебя, и я, и Бранза, пускай даже она не хотела. И мама тоже! Она ни разу не сказала, что мы все выдумали или что нам голову напекло.
Шлеп! Комок грязи сорвался с обрыва и улетел вниз. Почему не происходит того, чего хочет Эдда? Комковатые облака послушно плыли за ветром; о чем-то грезили небеса; в огромном жестоком мире сучья царапались, камни подкатывались под ноги, деревья стояли безмолвными стражами и даже не думали помочь девочке отыскать дорогу. Как бы Эдда ни злилась, природе не было до нее никакого дела.
— Я нарочно не взяла с собой Бранзу! — обиженно крикнула она в вышину. — Я верю в тебя! Если ты покажешься, я не испугаюсь. Выходи, светящаяся штуковина, выходи же!
Вокруг Эдды струилась тишина, обернутая вуалью из шелестящих листьев и птичьих криков.
— Ах ты, чтоб тебя! Во имя бородатого карлика, куда же ты подевался?
Эдда встала на самом краешке обрыва, закрыла глаза и представила пространство перед собой, разверстую пасть пустоты. Когда Медведь исчез, уже почти стемнело — не так, как сейчас, когда сквозь зажмуренные веки проникает багряный свет. Нет, спустились настоящие сумерки, полные шорохов, дыхания ночных обитателей леса, шелеста их мягких лап. Эдда мчалась по тропинке за темной массой Медведя, в ушах у нее стояло хныканье Бранзы, и вдруг она увидала, как Медведь прыгнул к звездам, словно земля не заканчивалась обрывом, а стелилась дальше. Эдда побежала бы, обязательно побежала бы следом, не появись перед ней сотканное из лунного света создание, очертаниями похожее на медведя, и не сказало… Что оно сказало? Нет, ни слов, ни голоса не было. Лунный медведь просто дал ей понять, что она очень устала, что надо позаботиться о безопасности Бранзы, да и о своей собственной тоже. Если бы он не помешал, Эдда прыгнула бы вслед за Медведем в… какая разница куда. В то место, где свет. В то место, которое подхватывает тебя, если ты падаешь с обрыва, и не дает разбиться об острые камни внизу.