Пока малорослик злобно верещал и брызгал слюной, орел продолжал молотить крыльями, отчего поднимался шум и ветер, а жесткие перья били сестер по лицу.
Цепляясь за истерически орущего карлика, Эдда еще немного подтянулась вверх и за свои труды получила сильнейший пинок, от которого едва не свалилась на землю. Тогда она ухватилась за чешуйчатую лапу орла, мощную и крепкую, словно одетую в железную броню, и вонзила ногти в горячий птичий живот, покрытый перьями.
Орел издал пронзительный клекот и разжал лапы. Карлик и Бранза, которая по-прежнему крепко держалась за него, рухнули вниз. При виде удаляющейся земли Эдда в ужасе отпустила ногу птицы и тоже упала. Орел взмыл в вышину и превратился в мелкую точку. Эдда кубарем покатилась по земле, обдирая спину и ноги об острые камни и жесткую траву, но тут же вскочила на ноги, чтобы посмотреть, не ударилась ли Бранза при падении о валун. Но нет, старшая сестра, красная и запыхавшаяся, отчаянно отбивалась от мерзкого карлика, и они оба, как подбитые утки, трепыхались в густых зарослях.
— Отстань от нее! — Эдда подбежала к ним и оторвала разъяренного коротышку от Бранзы, которая, пытаясь защититься, прикрывала руками грудь и лицо.
— Гадкая ведьма! Испортила мой прекрасный камзол своими ручищами! — Недавний страх коротышки сменился бешеной злобой. — Ты хоть представляешь, во сколько он мне обошелся? Знаешь, сколько раз мне пришлось возвращаться в ваш занюханный паршивый мирок, чтобы добыть нужные средства?
Пум-пум-пум! Забарабанили маленькие острые кулачки, карлик набросился на Эдду. Ошеломленная Бранза отбежала в сторону.
— Я не прикасалась к его камзолу! — жалобно сказала она сестре, все еще не решаясь отнять руки от груди.
— Брысь от меня! — Эдда оттолкнула карлика. — Мы спасли тебе жизнь, и не однажды! Это называется благодарностью?
— О какой благодарности вы лепечете, жалкие создания?! Благодарить вас за то, что вы почти лишили меня мужской красы и гордости, а теперь еще изорвали в клочья изысканный камзол? Поглядите, от него остались одни дырки!
— Мы тут ни при чем, это все орлиные когти. Попробуй-ка призвать к ответу птичку, если осмелишься! Давай, давай проваливай! — Эдда сердито захлопала в ладоши, прогоняя карлика. Внезапно девушка стала такой большой — почти вдвое выше коротышки! — что он попятился. Малорослик сразу как-то обмяк, гнев снова сменился страхом. Он беспомощно шлепнулся на зад и скорее пополз, чем побежал прочь, бормоча себе под нос:
— Мокроносые потаскушки! Грязные судомойки! Что толку с них мужчине? У самих когти и клювы не хуже птичьих, куры безмозглые!
Эдда еще немного покричала вслед карлику, затем обернулась к сестре:
— Поцарапал тебя?
— Вот здесь больно. — Бранза дотронулась до двух свежих ссадин на шее. — Кровь не течет?
— Нет, но царапины сильно распухли.
— Кажется, он на мне живого места не оставил. Правда, я ему тоже как следует наподдала.
— По-моему, он просто одурел от ужаса. — Эдда наблюдала, как сестра осматривает свои синяки и шишки. — Тебе достались все удары, которые причитались орлу.
— С его-то ручонками? — нервно хохотнула Бранза. — Куда ему дотянуться до меня своими культяпками! — Она рассеянно огляделась по сторонам. — Интересно, где мои башмаки? А куда делась корзина?
По дороге в город девушки успокоились. Пока они занимались обменом, приобретали батист, фасоль и пряности, Эдда не уставала поддразнивать Бранзу по поводу Ролло Груэна. О своем добром поступке — спасении карлика от неминуемой смерти — сестры уже не вспоминали.
Однако же на обратном пути через лес, рядом со Священным холмом, у каменных развалов, им опять встретился мерзкий недомерок! Увидев в стороне от тропинки растрепанного маленького человечка в рваном, заляпанном кровью камзоле, Бранза пришла в смятение, а ее младшая сестра удивленно подняла брови. Карлик сидел подле большой кучи разноцветных блестящих камней — чтобы унести это добро, понадобились бы все его коротышечные силенки.
— Ого! — воскликнула Эдда. — Вот они, сокровища, о которых говорится в сказках! Помнишь, Бранза? А это, это — гляди-ка! Я спрашивала у Ма, она сказала, эти шарики называются жемчугом.
— Ты же обещала не рассказывать маме! — укорила сестру Бранза.
— Я и не рассказывала, просто узнала, что они называются жемчужинами. Ма говорила, в некоторых странах жемчуг ценится очень высоко. Должно быть, этот коротышка — скряга из сказки.