- Ээ, я сам могу. Ты можешь идти, - начал было парень но его перебили.
- Нет. Это из-за меня.
Девушка ели сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Видимо она опять крутила произошедшие в голове.
- Расскажи мне о себе. Почему ты устроилась здесь работать?
Нави хотел занять ее разговором, чтобы она успокоилось. Маленькая хитрость парня сработала.
- Я живу со своим братиком. Нам не хватало денег, поэтому я нанялась сюда.
- Как зовут твоего братика?
- Хегни.
- Ай.
- Больно?
- Нет, шипит. У тебя есть зеркало?
Девушка быстро вернулась с зеркалом. Главарь нанес несколько ударов по лицу, но, к счастью, ничего серьезного не было. Зубы не сломаны, а ссадины пройдут.
- Спасибо, что заступились за меня, господин.
Для Нави слово “господин” звучало оскорбительно. Ведь они были в одинаковом положении. Любой мог обидеть их.
- А твои родители?
- Они умерли.
- Слушай, Лика. Тебя ведь Лика зовут? Так вот, зови меня Нави, это мое имя.
Видя, что девушка не уверена, он добавил:
- Это ведь лучше, чем звать господином.
Но девушка не отвечала. Ее взгляд стал отстраненным, она о чем-то крепка задумалась. Парень испугался, что ненароком обидел ее. А что, если у них не принято назвать друг друга по имени?
Лика думала о другом. Она не могла работать в таверне, рано или поздно могло случиться несчастье, и в следующий раз за нее никто не заступится. А кроме этого она ничего не умела. Она снимала маленькую комнату в этой таверне, где жила с братиком. Хоть она строго велела ему не выходить наружу ночью, но он мог увидеть ее.
Собравшись, она сказала:
- Прошу Вас, купите меня!
После этого настала тишина. Парень ожидал чего угодно, но не этого.
- Прости, я не совсем понял.
- Я хочу стать Вашей рабыней. Я могу готовить, стирать. Я не предам Вас.
- Стой, стой. Я не понимаю что происходит. Почему ты хочешь стать рабыней?
- Я, мне… Я должна заботиться о младшем братике. Я не могу работать здесь.
Девчонка разрыдалась. Нави не знал, что ему делать.
- Успокойся и попытайся рассказать по порядку.
- Если Вы заберете меня с братиком, то я готова отдать Вам свою, свою дев…
- Прекрати! Ты за кого меня принимаешь?
- Прошу Вас, господин. У меня скоро кончатся деньги и нас выгонят отсюда.
Мозг парня заработал с удвоенной силой. Он, конечно, жалел девушку, но сама мысль сделать из нее рабыню была отвратительной. И то, что она предлагала в жертву себя говорило о многом.
- Давай, давай сделаем так. Я пока не готов становиться рабовладельцем, но что, если ты будешь моим оруженосцем?
- Оруженосцем? Но я ведь не умею сражаться!
- Ну и что. Нож ведь держать умеешь?
- Д-да, - девушка не совсем понимала, куда ведет парень.
- Вот, научишься ухаживать за лошадью, будешь стирать, готовить.
- А мой братик?
- Сколько вам лет?
- Мне 14, а братику 8.
- Он будет моим пажом.
Сунув в карман руки, достал свои деньги. У него вышло 30 золотых и 25 серебряников. Видя такое обращение с деньгами, девушка воскликнула:
- Господин, нельзя таскать такую сумму. Вас могут ограбить, Вы можете их потерять.
Нави не представлял, сколько эти деньги значили. Он пока не особо разобрался в местных деньгах. Надо заметить, Сиель оставила ему целое состояние. Сиель чувствовала вину, что не могла взять с собой Нави, и так успокаивала свою совесть.
- Я буду платить вам по золотому в месяц.
- Эт-это слишком много, господин.
- Думаешь? Тогда сколько?
- Два серебряника.
- Всего два? Ты точно уверена?
- Да.
- Хорошо. Но при одном условии.
- Да?
- Ты будешь звать меня по имени, Нави.
- Я согласна, Нави.
- Вот, держи, за месяц вперед.
- Спасибо, Вы не пожалеете!
- Да-да. Я хочу спать, так что ты займись своими делами.
Девушка улыбалась парню, она не верила своему счастью.
- Тогда я скажу хозяйке, что увольняюсь.
- Да-да, - сонно пробормотал Нави.
Девушка побежала обрадовать своего братика.
- Хочу увидеть лицо Сиель и Иолы, когда они узнают, что у оруженосца есть свой оруженосец с пажом, - ухмыльнулся парень сквозь боль.
Отсутствие девушки внизу поняли по-своему. По улыбающемуся лицу девушки, многие предположили, что парень хорош в этом деле.
Актеры только закончили представление. Но народ все еще не собирался уходить.
- Что, понравилось? Почему же тогда недотрогу строила? - заметил кто-то из толпы.
- Да пошли вы! Мой хозяин не такой, я теперь ему служить буду, - заявила Лика.
- Знаемо служба, - веселился народ.
Пришла хозяйка, увидев это, танцовщица подошла поближе, чтобы все расслышать.
- Чего там, Лика?
- Господин нанял меня на службу.
- На какую еще службу?!
- Я буду его оруженосцем, - выпалила девушка.
Не только танцовщица, но все в зале прислушались к этому диалогу.
- Во дела, не хило парня пришибло, - сказал кто-то из толпы.
Нашлось новое обсуждение для честного народа, вспомнили о драке и о Даргеле.
Лика подошла к танцовщице и протянула мазь.
- Спасибо.
- Пустяки. Как тебя зовут?
Улыбка на лице красавицы толкала на откровенность.
- Лика.
- А меня Леда. Тебе повезло, заступившемуся парню знакомо слово честь.
- Да. Он добрый. Прости, но я должна идти.
- Еще один вопрос, если позволишь, - как его зовут?
- Нави, - сказав это, Лика побежала к своему братику.
Леда смотрела в след убегающей девушке.
- Госпожа Леда. Все ли в порядке? - спросил один из ее охранников.
Когда великан увез парня наверх, Леда расспросила о нем у хозяйки. Она легко выяснила с кем он пришел. Выяснила так же о том, что у одной были серебряные волосы. Было легко догадаться, кем она была.
- Сиель, кем же он тебе приходится? - не обращаясь к кому-то конкретно, произнесла девушка.
На следующий день актеры покинули таверну. Лика с утра встала рано, когда она пришла ночью, то ее братик спал. Она не решилась будит его, подумав, что расскажет все завтра.
- Хегни, вставай.
- Сестра, дай я еще посплю.
Чтобы разбудить его, девушка начала щекотать.
- Перестань.
- Не перестану. А знаешь, что вчера случилось?
- Что?
Братик уже проснулся и ждал, когда сестра все расскажет. Хотя ему и было 8 лет, но по сравнению с ровесниками он выглядел помладше. Они рано потеряли родителей, и какое-то время жили с родственниками. Все было нормально, пока дядя не начал приставать к Лике. Дети попытались было рассказать тете, но та обвинила их во лжи и приняла сторону дяди. Поняв, что все бессмысленно, они убежали из дома.